В попытке диверсифицировать источники и направления прямых иностранных инвестиций (ПИИ) и усилить их воздействие на экономическое развитие страны правительство разрабатывает соответствующие стратегии и работает над повышением глобальной видимости Туркменистана. В данной главе представлен анализ инвестиционной среды с акцентом на ключевой инструмент стимулирования инвестиций, создание которого рекомендуется правительству в связи с его отсутствием - Агентство по привлечению инвестиций (АПИ). Также рассматриваются некоторые приоритетные направления работы АПИ, которые определило правительство Туркменистана.. С целью обеспечения всестороннего анализа в данной главе также представлены дополнительные рекомендации.
Создание конкурентоспособной инвестиционной среды в Туркменистане
Отрывок
Туркменистан проводит политику открытости и привлечения инвестиций в соответствии со Стратегией внешней торговли на 2021–2030 годы. Согласно этому документу, Туркменистан установил новые торговые связи с другими странами и крупными иностранными компаниями, что способствовало развитию торгово-экономического сотрудничества. В документе также говорится, что Туркменистан стремится создать конкурентную деловую и инвестиционную среду, ориентированную на привлечение прямых иностранных инвестиций (ПИИ) с целью расширения и диверсификации внешней торговли. В стратегии подчеркивается несколько ключевых мер по достижению этих целей, в том числе стимулирование инвестиционной деятельности, расширение присутствия национальных брендов на зарубежных рынках, упрощение административных процедур и устранение технических барьеров.
В настоящее время Туркменистан привлекает инвестиции на уровне, сопоставимом с другими странами Центральной Азии (Рисунок 3.1). Если рассматривать пятилетнюю скользящую среднюю притока ПИИ в процентах от ВВП, то можно увидеть, что вслед за резким ростом в начале 2010-х годов, приток ПИИ неуклонно снижался по отношению к ВВП. Несмотря на достаточно позитивные показатели по привлечению инвестиций, особенно в конце 2000-х — начале 2010-х годов, последние результаты Туркменистана по привлечению новых инвестиций оказались более слабыми (Kepbanov, Horák and Ovezmyradov, 2022[1]).
Источник: (World Bank, 2025[2])
Тем не менее, уровень ПИИ в Туркменистан является одним из самых высоких в регионе. Относительно ВВП, этот показатель на 20–30 процентных пунктов выше, чем в среднем по региону. Туркменистан и Казахстан являются двумя лидерами по уровню ПИИ в регионе, что свидетельствует о долгосрочном присутствии инвесторов и расширении экономических возможностей (Рисунок 3.2).
Источник: (UNCTAD, 2025[3])
Данные, предоставленные властями сотрудникам ОЭСР, указывают на то, что уровень ПИИ в отрасли, не связанные с углеводородами, ограничен. Отвечая на вопросы в анкете ОЭСР, представители правительства заявили, что на 2025 год запланировано семь проектов ПИИ: четыре направлены на строительство заводов по производству удобрений и три относятся к газовой отрасли. Примечательно, что проекты в газовой отрасли значительно превосходят по стоимости инициативы по производству удобрений (которые сами являются производными природного газа). Их стоимость 98,7% от общего объема ПИИ за год.
Прогнозы на 2026 год указывают на большую диверсификацию несмотря на то, что газовая отрасль по-прежнему будет доминировать. Ожидается, что в 2025 году в газовые проекты будет вложено около 98 миллиардов туркменских манатов (28 миллиардов долларов США), тогда как инвестиции в другие сектора на 2026 год прогнозируются на уровне всего 4,1 миллиарда туркменских манатов (1,2 миллиарда долларов США). В планах 2026 год не только дальнейшее развитие существующих отраслей, но и новые проекты в области медицины и сельского хозяйства. Также прослеживается приверженность развитию возобновляемой энергетики: запланированы инвестиции в гидроэлектростанции и солнечные электростанции.
Таблица 3.1, в которой обобщены представленные выше результаты, показывает, что Туркменистану будет полезно дополнительно усовершенствовать механизмы привлечения инвестиций для содействия диверсификации экономики. Создание Агентства по привлечению инвестиций (АПИ), ориентированного на привлечение инвестиций в приоритетные отрасли, стало бы основой для формирования чёткого подхода и правовой базы в поддержку экономической диверсификации и развития экспортоориентированной промышленности (Глава 1).
Источник: (UNCTAD, 2025[3]) и официальные данные, предоставленные Туркменистаном аналитикам ОЭСР.
Правительство Туркменистана обратилось к ОЭСР за рекомендациями по привлечению инвестиций. Данная глава посвящена возможности создания в стране Агенства по привлечению инвестиций (АПИ). Рекомендации опираются на Рамочную программу ОЭСР по инвестиционной политике (PFI), предлагающую подходы к формированию политики и институтов, способствующих привлечению инвестиций, а также на другие аналитические материалы ОЭСР в области инвестиционной политики и содействия инвестициям. . PFI содержит обзор различных аспектов инвестиционной политики и помогает лицам, ответственным за принятие решений, определить области, в которых могут потребоваться реформы (Вставка 3.1).
В частности, на Рисунок 3.3 представлен краткий обзор ключевых элементов структуры Агентства по привлечению инвестиций (АПИ), включая организационные аспекты, а также два основных направления его деятельности: 1) Привлечение инвестиций, под которым понимается позиционирование страны как перспективного инвестиционного направления и привлечение новых инвесторов; 2) Содействие инвестициям, что предполагает упрощение различных административных и иных процедур, необходимых для осуществления (в том числе повторных) инвестиций, в которых заинтересован инвестор (OECD, 2015[4]).
Настоящая глава посвящена рассмотрению этих трёх тем. По запросу правительства Туркменистана также анализируется возможность включения в функции АПИ работы с особыми экономическими зонами (СЭЗ) и механизмами государственно-частного партнёрства (ГЧП).
В 2015 году ОЭСР разработала Рамочную концепцию в области инвестиций, которая предлагает целостный подход к формированию законодательства с целью стимулирования инвестиций по двенадцати ключевым направлениям. Концепция содержит рекомендации, основные вопросы для выявления областей совершенствования и дополнительные вопросы для углубленного анализа. Основные рекомендации включают в себя следующее:
Инвестиционная политика: установить прозрачные, недискриминационные правила, защищающие права инвесторов и гарантирующие справедливый подход.
Привлечение и содействие инвестициям: реализовать стратегии по привлечению и удержанию инвестиций, в том числе созданию АПИ и снижению административных барьеров.
Торговая политика: путем улучшения условий выхода на рынки и устранения торговых барьеров добиться того, чтобы политика в сфере торговли соответствовала инвестиционным приоритетам.
Конкурентная политика: поощрять справедливую конкуренцию путем разработки и применения эффективного антимонопольного законодательства.
Налоговая политика: сформировать прозрачную и действенную систему налоговых преференций, предотвращая при этом злоупотребление налоговым планированием.
Корпоративное управление: создать основу для ответственного корпоративного управления и подотчетности.
Ответственное ведение бизнеса: поощрять этичные методы ведения бизнеса и вклад в устойчивое развитие.
Развитие кадров: совершенствовать систему образования и профессиональной подготовки для обеспечения работников необходимыми навыками.
Инвестиции в инфраструктуру: мобилизовать государственные и частные инвестиции в ключевую инфраструктуру.
Финансирование инвестиций: развивать финансовые рынки институты с целью предоставления доступных возможностей кредитования.
Государственное управление: способствовать проведению согласованной политики через обеспечение эффективной работы государственных органов и упрощение административных процедур.
Рамочная инвестиционная концепция с целью поддержки «зеленого» роста: содействовать инвестициям в экологически безопасную инфраструктуру, а также в товары и услуги, связанные с охраной окружающей среды.
Источник: (OECD, 2015[4]).
Туркменистан мог бы извлечь выгоду из создания АПИ и разработки всеобъемлющей национальной инвестиционной стратегии, направляющей его деятельность
Создание АПИ могло бы значительно усилить институциональные возможности Туркменистана в привлечении и содействии качественным инвестициям
АПИ играют ключевую роль в продвижении страны как инвестиционного направления, а также в облегчении входа инвесторов на рынок и расширения их деятельности в соответствии с национальными целями развития. Эффективность таких агентств значительно возрастает, когда их деятельность согласуется с более широкими приоритетами государственной политики, включая создание рабочих мест, повышение производительности труда и диверсификацию экономики. В случае Туркменистана создание АПИ могло бы способствовать более целенаправленному привлечению инвестиций в новые сектора за пределами углеводородной отрасли, такие как сельское хозяйство, энергоэффективность и устойчивое управление водными ресурсами. Кроме того, АПИ могло бы предоставлять ключевые услуги по сопровождению инвесторов, способствуя преодолению административных барьеров и стимулированию реинвестирования. Помимо этого, АПИ способны оказывать поддержку правительствам в условиях усиливающейся конкуренции за инвестиции и усложняющейся глобальной экономической среды, помогая сосредоточить усилия на инвестиционных возможностях, обеспечивающих высокий экономический эффект, устойчивость и инклюзивность (OECD, 2019[5]). Большинство стран ОЭСР уже создали аналогичные агентства с целью усиления инвестиционного притока.
Источник: на основе информации из (OECD, 2015[4])
Имеется общее видение инвестиционной политики, но стратегическое видение, по-видимому, носит краткосрочный характер
Правительство содействует привлечению ПИИ посредством ряда юридических и нормативных реформ. Было принято несколько экономических стратегий, а именно Программа «Возрождение новой эпохи могущественного государства: Национальная программа социально-экономического развития Туркменистана на 2022–2052 годы» и Президентская программа по социально-экономическому развитию страны на 2022–2028 годы. Среди ключевых инициатив, упомянутых в ответах правительства на вопросник ОЭСР, — создание специальных экономических зон (СЭЗ), упрощенная система налогообложения, программы поддержки цифровизации и содействие государственно-частным партнерствам (ГЧП). Упомянутые реформы включают в себя усиление защиты прав интеллектуальной собственности и ослабление ограничений на создание совместных предприятий, однако эксперты ОЭСР не смогли установить, проводились ли эти реформы и в каком объеме.
При проведении инвестиционной политики правительство Туркменистана руководствуется рядом законодательных актов, направленных на регулирование и развитие инвестиционной деятельности. Правовая база поддержки инвестиций включает в себя законы об углеводородных ресурсах, валютном регулировании, иностранных инвестициях и инвестиционной деятельности1. В 2017 году правительство приняло законы о СЭЗ с целью предоставления дополнительной поддержки как местным, так и иностранным компаниям. Инвестиционная стратегия Туркменистана направлена на привлечение инвестиций в основной капитал и инновации, производство продукции с высокой добавленной стоимостью, создание рабочих мест и развитие человеческого капитала. Также уделяется внимание обеспечению экологической и социально-экономической безопасности страны.
Конкретные инвестиционные стратегии существуют, но, по-видимому, не отражают единой долгосрочной цели. В дополнение к общим руководящим принципам, установленным вышеупомянутыми экономическими и торговыми стратегиями, в Туркменистане также существуют стратегии, разработанные специально для инвестиционной политики. При этом доступная информация противоречива. Если взять только пример последних лет, то, в 2024 году, видимо, существовала независимая инвестиционная стратегия (Turkmenistan Altyn Asyr, 2024[6]), в то время как в 2025 году инвестиционная стратегия уже входит в «Программу социально-экономического развития и инвестиций Туркменистана в 2025 году». Эта программа, как сообщается, предусматривает отдельные задачи по развитию инвестиционной политики, в том числе посредством модернизации законодательной базы (The State News Agency of Turkmenistan, 2025[7]). Она также содержит технические данные о различных инвестиционных проектах, запланированных на год: описание проектов, расположение и стоимость (Turkmen Portal, 2025[8]). Наличие нескольких, не связанных между собой стратегий указывает на отсутствие долгосрочного стратегического видения по привлечению ПИИ.
Ответственность за инвестиционную политику распределена между несколькими учреждениями в отсутствие АПИ
Обязанности по разработке и реализации инвестиционной политики возложены главным образом на Кабинет Министров, а ведущую роль играет Министерство финансов и экономики. Кабинет Министров, которому Президент лично дает поручения по улучшению инвестиционного климата и увеличению притока иностранных инвестиций (The State News Agency of Turkmenistan, 2025[7]), принимает решения по приоритетным инвестиционным проектам и курирует подготовку и заключение инвестиционных соглашений. В ведении Министерства финансов и экономики (МФЭ) находится регистрация инвестиционных проектов и хозяйствующих субъектов, координация и анализ инвестиционной деятельности, а также информационно-консультационная поддержка инвесторам. Помимо этого, МФЭ совместно с другими министерствами и ведомствами готовит инвестиционную программу на следующий финансовый год. МФЭ также возглавляло организацию первого международного инвестиционного форума в Ашхабаде в 2024 году, а также второго – в Авазе в 2025 году.
При Министерстве финансов и экономики Туркменистана действует Агентство по защите экономики от рисков, которое вносит предложения в Межведомственную комиссию по защите экономики от рисков о государственной регистрации, перерегистрации или отказа в регистрации филиалов, представительств иностранных юридических лиц, а также предприятий с участием иностранных инвестиций. Агентство также подготавливает заключения на основании решений Межведомственной комиссии.. Таким образом, МФЭ имеет очень широкие уполномочия в сфере инвестиций, начиная от разработки инвестиционной политики и заканчивая привлечением и поддержкой иностранных инвестиций.
Банки также играют важную роль в обеспечении инвестиционной деятельности. Государственный банк внешнеэкономической деятельности Туркменистана является уполномоченным правительством агентом на международных рынках капитала: он привлекает средне- и долгосрочные иностранные кредиты для финансирования стратегически важных инвестиционных проектов (State Bank for Foreign Economic Affairs of Turkmenistan, 2025[9]). Центральный банк Туркменистана также играет важную роль в сфере инвестиций: он осуществляет валютный контроль, в том числе путем ограничения операций по конвертации туркменских манатов (TMT) в доллары США (USD) (U.S. Department of State, 2016[10]).
Проведение инвестиционной политики поддерживается Торгово-промышленной палатой (ТПП) Туркменистана, которая, помимо прочего, отвечает за привлечение иностранных предприятий в страну. В 2024 году Палата организовала 27 выставок в рамках деятельности по привлечению инвестиций. Международные форумы, в том числе мероприятия в Туркменистане и за рубежом, использовались для продвижения законодательных изменений и демонстрации возможностей для иностранных инвесторов (Chamber of Commerce and Industry of Turkmenistan, 2024[11]).
Союз промышленников и предпринимателей (СПП) служит мостом между бизнесом и правительством и действует как орган правительства для учета мнений. Тем не менее, ни при Президенте, ни при Кабинете Министров нет специального совета по инвестициям или высокоуровневой платформы для регулярного диалога с инвесторами. Такой фрагментированный подход к привлечению и поддержке инвестиций подчеркивает необходимость в более упорядоченной и скоординированной институциональной структуре для эффективного привлечения и управления иностранными инвестициями в Туркменистане.
Источник: ОЭСР, анализ
Рекомендации
Рекомендация 1.1: создать АПИ
Правительству Туркменистана целесообразно рассмотреть возможность создания АПИ. В первую очередь следует чётко определить мандат агентства и согласовать его с национальными приоритетами развития, обеспечив возможность функционирования в качестве «единого окна» для инвесторов. Для эффективности крайне важно сформировать правовую и институциональную основу, предоставляющую агентству достаточную автономию и ресурсы, хотя не существует единого подхода — каждая страна адаптирует мандат, подотчётность и ресурсы АПИ в соответствии со своей институциональной структурой. К первоначальным шагам можно отнести назначение квалифицированной руководящей команды, создание механизмов межведомственной координации и разработку комплексной стратегии продвижения инвестиций, ориентированной на приоритетные секторы. Основные функции АПИ должны включать активные поиск и определение инвесторов, содействие в инвестиционных процедурах (включая получение лицензий и разрешений), предоставление достоверных данных о рынке и аналитической информации, сопровождение инвесторов после захода на рынок, а также мониторинг инвестиционных проектов с целью обеспечения соблюдения требований и оценки их воздействия. Кроме того, агентству следует способствовать развитию диалога между государственным и частным секторами для решения проблем инвестиционного климата, а также использовать возможности международного сотрудничества и лучшие мировые практики (OECD, 2015[4]).
Рекомендация 1.2: разработать инвестиционную стратегию как неотъемлемую часть общей стратегии экономического развития
Последовательная и структурированная инвестиционная стратегия, представляющая ключевые отрасли и меры по привлечению ПИИ, позволит Туркменистану предложить потенциальным инвесторам четкое направление для понимания общеэкономических и отраслевых приоритетов государства. В стратегии может содержаться «дорожная карта», описывающая шаги, необходимые для продвижения и облегчения ПИИ, ориентированных на экспорт. При помощи Инструментария политики качества ПИИ ОЭСР можно выделить меры, которые обеспечат вклад притока ПИИ в передачу навыков и технологий, интеграцию местных компаний в глобальные цепочки создания стоимости, а также и другие положительные эффекты ПИИ, такие как цифровой переход и экологически безопасное развитие.
Мандат агентства должен соответствовать целям, обозначенным в инвестиционной стратегии. Стратегия также должна определить приоритеты в области ПИИ, в то время как агентство должно быть соответствующим образом организовано и обеспечено стабильным бюджетом для реализации этих целей. Согласно исследованию ОЭСР от 2020 года по вопросам деятельности АПИ в евразийском регионе, многие агентства сталкивались с серьезными вызовами из-за нехватки ресурсов. Анализ показал, что размер бюджетов этих агентств напрямую зависит от показателя ВВП на душу населения в соответствующей стране. Тем не менее, Kazakh Invest в Казахстане представляет собой заметное исключение. Это агентство имеет в штате более 100 сотрудников, что почти в три раза превышает средний показатель среди стран-членов ОЭСР, а также зарубежные представительства для обеспечения более эффективного представления интересов страны (OECD, 2020[12]). Тем не менее, учитывая, что конкурентоспособность экономики определяется развитием различных сфер государственной политики, стратегия должна устанавливать функции и полномочия иных государственных структур для обеспечения согласованности действий всех институтов в рамках единой задачи подобно тому, как это было сделано Турции (Вставка 3.2).
Вопросы, связанные с инвестициями в Турции, курирует государственный орган, подотчетный Президенту, — Инвестиционное бюро. Бюро действует в качестве АПИ, отвечая за разработку общенациональной инвестиционной стратегии, в которой оно не играет исключительной роли. Действительно, наряду с Бюро, стратегия предусматривает значительную роль для многочисленных министерств, таких как Министерство казначейства и финансов, Министерство юстиции, Министерство промышленности и технологий, Министерство энергетики и природных ресурсов, Министерство окружающей среды, урбанизации и изменения климата, Министерство казначейства и финансов, Министерство транспорта и инфраструктуры, Министерство торговли, Министерство труда и социального обеспечения, Министерство национального образования, Министерство по делам семьи и социальных служб, а также других органов, таких как Совет по высшему образованию и Бюро цифровой трансформации Турции.
Такое сочетание различных субъектов позволяет Бюро сосредоточиться на конкретных задачах. В основном это задачи, связанные с привлечением инвестиций, такие как коммуникации, разработка программ сотрудничества как с национальными, так и с международными заинтересованными сторонами, а также выявление потенциальных направлений для инвестиций. Таким образом, работа по содействию инвестициям в конкретных областях политики напрямую ведется соответствующим министерством, в то время как вклад Бюро в основном проявляется в решении административных проблем, с которыми сталкиваются инвесторы. Такой подход имеет преимущество, поскольку он формирует глобальное видение, при котором ожидается, что субъекты будут действовать скоординированно.
Рекомендация 1.3: структура АПИ должна способствовать участию частного сектора, но единой модели, гарантирующей успех, не существует
В мире нет единого формата агентства по привлечению инвестиций, который считался бы наилучшим. Успешные агентства работают в различных институциональных условиях: некоторые являются более или менее автономными органами, в то время как другие интегрированы в министерства или государственные ведомства. Они могут отчитываться непосредственно перед президентом или премьер-министром либо перед конкретным министерством. То же самое относится к его управлению и полномочиям: существуют различные модели, которые представляются эффективными. Эффективность АПИ зависит не только от их институциональных условий, но и от выделения адекватных человеческих и финансовых ресурсов. При этом четкие и эффективные механизмы управления и отчетности в значительной степени способствуют результативности АПИ. Успешные агентства такого типа часто работают с высокой степенью автономии и поддерживают прочные связи с частным сектором, нередко включая представителей частного сектора в свой персонал и советы директоров, чтобы обеспечить глубокое понимание потребностей инвесторов и предоставлять более актуальные услуги (World Bank, 2023[14]). В Туркменистане правительство может рассмотреть возможность создания АПИ либо в качестве части существующей государственной структуры, либо в качестве полуавтономного органа. Учитывая нынешнюю институциональную структуру, АПИ потенциально может отчитываться перед Министерством финансов и экономики или напрямую перед Кабинетом министров.
Рекомендация 1.4: полномочия АПИ могут выходить за рамки инвестиционной деятельности
Вопросы привлечения и содействия инвестициям будут рассмотрены ниже, но стоит отметить, что АПИ могут выполнять и другие функции, способствующие развитию национальной экономики. Опрос АПИ в Восточной Европе, на Южном Кавказе и в Центральной Азии, проведенный в 2020 году, показал, что в этом регионе на них часто возлагаются дополнительные обязанности помимо традиционного привлечения инвестиций. Дополнительные полномочия включают в себя поддержку малого и среднего предпринимательства (МСП), содействие региональному развитию, ГЧП, программы приватизации, а также деятельность по экспертизе и согласованию инвестиционных проектов (OECD, 2020[12]).Например, правительство Туркменистана может рассмотреть возможность добавления функций поддержки экспорта в перечень полномочий АПИ, что соответствует государственной политике по продвижению экспорта. Так, АПИ Азербайджана — AZPROMO — совмещает привлечение инвестиций с деятельностью по поддержке экспорта. Подобная модель также применяется в некоторых странах ОЭСР (Вставка 3.3). Такой подход может послужить моделью для Туркменистана в целях усиления торгового потенциала и поддержки усилий по диверсификации экономики.
Агентство поощрения экспорта и инвестиций Азербайджанской Республики (AZPROMO) играет ключевую роль в стимулировании ненефтяного сектора страны. Созданное в 2003 году и реорганизованное в 2021 году, оно служит платформой «одного окна» с двойной функцией: поддержкой фирм-экспортеров и привлечением инвестиций в ненефтяное производство для увеличения доли этого сектора в ВВП Азербайджана. Такая модель может поддержать усилия по диверсификации экономики Туркменистана.
AZPROMO предоставляет ценную информацию о правовой базе и инвестиционных возможностях. Сайт агентства (AZPROMO | AZPROMO) содержит все необходимое законодательные акты для инвесторов и экспортеров, сгруппированные по иерархии нормативных актов в Азербайджане, включая нормативные акты исполнительных органов. Это позволяет пользователям быстро и эффективно оценивать необходимую правовую информацию, а также отчеты, презентации инвестиционных проектов, руководства и результаты аудита.
Агентство также активно взаимодействует с частным сектором для содействия экспорту. В рамках Клуба экспортеров оно предлагает оперативную поддержку и проводит встречи для повышения знаний предприятий о таких процедурах как упаковка, маркировка и логистика. Экспортная академия дополнительно поддерживает эту деятельность путем предоставления трехмесячных программ онлайн-обучения, в рамках которых государственные служащие преподают бизнес-стратегию экспорта, операции и процедуры.
Источник: (AZPROMO, 2025[15])
Туркменистан использует несколько методов для привлечения инвестиций, но может извлечь выгоду из более централизованного подхода
В стране уже действуют отдельные меры по привлечению инвестиций
В настоящее время Туркменистан применяет целевые меры по продвижению инвестиций, предлагая отраслевые стимулы для привлечения иностранного капитала и стимулирования экономического роста. Правительство выделяет приоритетные секторы, такие как нефтегазовая отрасль, сельское хозяйство и туризм, предоставляя специальные льготы — налоговые послабления, освобождение от импортных пошлин и доступ к особым экономическим зонам. Отраслевые целевые политики имеют важное значение, поскольку они служат стимулом для привлечения прямых иностранных инвестиций (ПИИ). Во Вставка 3.4 представлена позиция ОЭСР относительно роли стимулов в продвижении инвестиций. Кроме того, согласно Отчёту о переходных процессах Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР) за 2024 год, отрасли, которые получили выгоду от целевых политик, как правило, демонстрируют 2,8-кратный рост числа проектов с участием ПИИ в течение десяти лет после внедрения соответствующей государственной политики (EBRD, 2024[16]).
Инвестиционные стимулы предоставляют инвесторам особые преимущества, недоступные другим предприятиям в пределах данной юрисдикции. Они представляют собой инструмент государственной политики, используемый для поощрения инвестиций в соответствии со стратегическими целями правительства за счёт создания более привлекательных условий для потенциальных инвесторов. Часто такие меры направлены на повышение производительности, стимулирование инноваций и создание рабочих мест. Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) выделяет четыре категории инвестиционных стимулов (Таблица 3.2).
Источник: эта таблица взята из (OECD, 2024[17]).
Однако инвестиционные стимулы являются лишь одним из факторов, учитываемых фирмой при принятии решения о вложении инвестиций. Обратная связь от агентств по привлечению инвестиций ОЭСР показывает, что они оценивают эффективность инвестиционных стимулов для привлечения инвесторов как сравнительно низкую по сравнению с такими факторами, как транспортная доступность и инфраструктура, высококвалифицированная рабочая сила, прогнозируемый рост, размер рынка и благоприятная правовая и административная среда. Это свидетельствует о том, что продвижение инвестиций тесно связано с общей деловой средой страны, а не только с её отдельными компонентами.
Если правительство сочтёт целесообразным введение конкретных фискальных стимулов для инвесторов, такие меры должны быть ориентированы на поддержку видов деятельности, способных к устойчивому самофинансированию. Например, если рассматриваются прямые налоговые стимулы, их следует связывать с процессом формирования капитала. Таким образом, предпочтение следует отдавать ускоренной амортизации, инвестиционным налоговым кредитам или временным освобождениям от пошлин на капитальные товары. Эти меры напрямую снижают стоимость капитала для новых инвестиционных проектов, стимулируя инвестиции, которые в противном случае могли бы не осуществиться. Кроме того, такие меры, основанные на стоимости, легче отменить по мере развития проекта, чем стимулы, зависящие от дохода, например налоговые каникулы по налогу на прибыль компаний (CIT), поскольку их значимость обычно уменьшается по мере созревания проекта.
Напротив, стимулы, зависящие от дохода, такие как налоговые каникулы и освобождения от налога на прибыль, в целом считаются нежелательными. Они могут мало помочь стартапам, инновационным компаниям или уже существующим предприятиям, реализующим крупные новые проекты, которые на начальном этапе развития могут не приносить прибыли и, соответственно, не иметь налога к уплате. В то же время такие стимулы могут принести сверхприбыль уже успешным проектам и часто стимулируют налоговое планирование и трансфертное ценообразование в попытке перенести деятельность с предприятий, не подпадающих под льготу, на льготные. В той мере, в какой они вообще способствуют новым инвестициям, они, как правило, приносят выгоду проектам с относительно коротким сроком окупаемости (т.е. в течение периода льгот), в ущерб долгосрочным начинаниям. Кроме того, международный опыт показывает, что такие стимулы сложно отменить, поскольку бенефициары имеют сильную мотивацию добиваться их продления.
Эффективность налоговых стимулов также зависит от того, предусмотрена ли для компаний возможность переноса убытков на будущие периоды. Это создаёт ряд вопросов при проектировании стимулов. Взаимодействия могут частично или полностью нейтрализовать ценность налоговых стимулов, основанных на расходах, а ценность стимулов, зависящих от прибыли, будет снижена, если убытки можно переносить на будущие периоды.
Источник: (OECD, 2024[18])
Привлечению инвестиций помогают как государственные, так и негосударственные учреждения
Как отмечалось выше, ответственность за разработку и реализацию инвестиционной политики в настоящее время распределена между рядом государственных органов в Туркменистане, и эта ситуация отражается и при анализе деятельности по привлечению инвестиций. В соответствии с Законом об иностранных инвестициях, Кабинет Министров определяет политику международного инвестиционного сотрудничества, а также государственные программы, направленные на привлечение инвестиций. Определение приоритетных целей, отраслей и областей для инвестиций — ключевая предпосылка для эффективного стимулирования инвестиций — также находится в ведении Кабинета Министров.
Закон также определяет Министерство финансов и экнономики как «уполномоченный орган», которому, среди прочего, поручено координировать деятельность правительства в области иностранных инвестиций, заведовать регистрацией инвестиционных проектов и вносить в Кабинет Министров предложения по улучшению инвестиционного климата (Mejlis of Turkmenistan, 2019[19]). Закон ограничивается описанием целей уполномоченного органа, но его задачи, по-видимому, поделены между Межведомственной комиссией по иностранным инвестициям, которая отвечает за привлечение иностранных инвестиций для обеспечения перехода страны к «современным рыночным отношениям» (The State News Agency of Turkmenistan, 2019[20]), и Агентством по защите от экономических рисков при Министерстве финансов и экономики Туркменистана, которое постановлением Президента №1370 от 9 августа 2019 года распространило свою компетенцию на организацию деятельности Межведомственной комиссии по иностранным инвестициям (Ministry of Finance and Economy of Turkmenistan, 2022[21]). Агентство по защите от экономических рисков собирает информацию о иностранных юридических лицах, а также о предприятиях с иностранными инвестициями, проверяет их «надёжность» и консультирует Межведомственную комиссию относительно того, следует ли предоставлять компании право на реализацию инвестиционных проектов в стране. Обеспечение свободного онлайн-доступа к основному и подзаконному законодательству, регулирующему деятельность этих институтов, желательно на нескольких языках, упростило бы потенциальным инвесторам процесс взаимодействия с Туркменистаном.
Привлечением инвестиций в Туркменистане также занимаются неправительственные организации. Например, Торгово-промышленная палата отвечает за привлечение иностранных компаний в Туркменистан. Это осуществляется в основном путем организации выставок и ярмарок с целью формирования позитивного образа у зарубежных партнеров (Chamber of Commerce and Industry of Turkmenistan, 2025[22]). Деятельность ТПП дополняет Союз промышленников и предпринимателей, который также играет важную роль в привлечении инвестиций, обеспечивая (помимо защиты интересов местных предпринимателей) организацию различных форумов, ярмарок и выставок, оказывая помощь в установлении связей между инвесторами и местными компаниями, проводя маркетинговые мероприятия и помогая заинтересованным инвесторам устанавливать контакты с туркменскими предпринимателями (Union of Industrialists and Entrepreneurs of Turkmenistan, 2025[23]).
Привлечение инвестиций осуществляется на разных уровнях, но требуется дальнейшее взаимодействие с потенциальными инвесторами
Деятельность по привлечению инвестиций, по-видимому, сосредоточена на организации международных форумов. Инвестиционные форумы проводятся как внутри, так и за рубежом, например, форум «Инвестиции в будущее Туркменистана» 2025 года. Такие мероприятия служат платформами для обмена опытом, установления партнерских отношений и «реализации амбициозных проектов в различных секторах экономики» (Government of Turkmenistan, 2024[24]). Туркменистан имел возможность участвовать в мероприятиях по привлечению инвестиций в рамках международных форумов, организованных партнерами, например, Инвестиционного форума по транспортному сообщению между ЕС и Центральной Азией, на котором была организована сессия, посвященная туркменским инвестиционным проектам в транспортном секторе (Business Turkmenistan, 2024[25]). Присутствие Туркменистана на международной арене растет, о чем свидетельствуют 16 мероприятий по привлечению инвестиций, запланированных на 2025 год в различных отраслях (Business Turkmenistan, 2025[26]). Кроме того, встречи двусторонних деловых советов, например, делового совета Франция–Туркменистан, имеют решающее значение для инвесторов, позволяя им узнать больше об инвестиционных возможностях и экономическом потенциале Туркменистана (MEDEF, 2025[27]).
В Туркменистане разработан единый сайт, www.invest.gov.tm, чтобы упростить доступ инвесторов к информации об инвестиционных возможностях, законодательстве и процедурах . На нем представлена общая информация об инвестиционной политике (хотя эту информацию необходимо чаще обновлять), описание мер правовой поддержки, доступной инвесторам (хотя без ссылок на конкретные законодательные акты), а также информация о прошедших и актуальных тендерах. На сайте также есть интерактивная инвестиционная карта, хотя, судя по всему, она не отражает всех существующих проектов на момент написания данного отчета (июнь 2025 года) (Invest in Turkmenistan, 2025[28]).
Такой сайт — похвальная инициатива, но его можно усовершенствовать путем внесения ряда изменений. Например, раздел «Отрасли» в Руководстве для инвесторов в настоящее время пуст; его наполнение описаниями приоритетных проектов и секторов, а также информацией о ключевых государственных участниках позволит устранить существующий пробел. Аналогично, раздел, посвящённый регионам Туркменистана, который на середину 2025 года был не заполнен, целесообразно дополнить. Это позволит более полно представить страну заинтересованным инвесторам и продемонстрировать инвестиционные возможности в различных регионах.
Полезно будет предоставить потенциальным инвесторам больше информации по таким вопросам, как рынок труда, статистика ПИИ и визовые процедуры. Более того, хотя сайт доступен на трех языках — туркменском, английском и русском, — не все внешние ссылки доступны, поскольку только у шести из девяти сайтов, упомянутых в Руководстве для инвестора, были полностью рабочие версии на английском языке (Invest in Turkmenistan, 2025[28]). Доступную официальную информацию об эффективности инвестиций порой сложно понять. Это затрудняет ее использование в качестве руководства к действию. Например, власти объявили, что план инвестиций в сельское хозяйство на 2024 год был выполнен на 388,5% (Government of Turkmenistan, 2024[29]), но такое заявление вызывает больше вопросов, чем ответов, поскольку отсутствует информация о том, на чем основывался первоначальный план, а также об источниках и направлениях инвестиций.
Иностранные инвесторы также сообщают о трудностях в налаживании контактов с местными партнерами и государственными учреждениями. Инвесторы, опрошенные командой ОЭСР, сообщили о сложностях с поддержанием эффективной связи с государственными учреждениями при последующих встречах на международных форумах или во время визитов в страну. Кроме того, респонденты сообщили о трудностях в поиске местных партнеров. АПИ может помочь наладить такие контакты и обеспечить эффективное последующее взаимодействие с государственными органами.
Рекомендации
Рекомендация 2.1: АПИ должно предоставить инвесторам более расширенный доступ к информации и расширять информационный охват путем проведения мероприятий на международном уровне
Туркменистан делает успехи в развитии политики привлечения инвестиций через международные форумы и должен продолжать подобную информационную деятельность. Такие меры по формированию имиджа, как деятельность по связям с общественностью или реклама, полезны для повышения осведомленности международных инвесторов о Туркменистане. Полезно будет разработать целевой подход, основанный на отраслевом принципе. Это позволит более подробно представить национальные потребности и цели, относящиеся к конкретным отраслям (GIZ, 2020[30]). Правительство также могло бы рассмотреть организацию параллельных мероприятий для того, чтобы познакомить местных и иностранных предпринимателей, а также могло бы рассмотреть приглашение большего количества международных компаний, учитывая, что участники предыдущих форумов были в основном представителями партнеров по развитию.
Существующий сайт является ключевым инструментом для продвижения инвестиций и должен быть направлен облегчение доступа инвесторов к основным данным. Следовательно, правительство должно разместить на этом веб-сайте детальную информацию о возможностях инвестирования в различные секторы. Существующий портал нуждается в регулярном обновлении и улучшении доступности контента, ориентированного на основные потребности инвесторов, и добавлении интерактивных руководств. Инструменты для сравнения экономических показателей Туркменистана с аналогичными странами помогут инвесторам точнее оценить преимущества страны (UNCTAD, 2023[31]). Правительство может ознакомиться с сайтом эстонского агентства по инвестициям Invest in Estonia, в разделе «Возможности» которого представлено 20 категорий, относящихся к различным отраслям: пищевой промышленности, услуг для бизнеса, здравоохранению, финансовым технологиям и даже оборонной промышленности. Каждая категория содержит описание преимуществ страны в соответствующей отрасли, обзор рынка и несколько примеров из практики (Invest in Estonia, 2025[32]).
Рекомендация 2.2: определить систему мониторинга и оценки (МиО) и чёткие ключевые показатели эффективности (KПЭ), чтобы обеспечить соответствие работы АПИ более широким целям экономического развития правительства
Эффективные системы мониторинга и оценки (M&E) имеют решающее значение для агентств по привлечению инвестиций, поскольку они помогают привлекать качественные инвестиции и максимизировать вклад прямых иностранных инвестиций (ПИИ) в национальное развитие. Для Туркменистана надёжные механизмы M&E могут сыграть преобразующую роль, повышая прозрачность, направляя политику и укрепляя коммуникацию с инвесторами. Для этого требуется доступ к релевантным и регулярно обновляемым данным – распространённая проблема для многих агентств. В попытке решить проблемы, возникающие из-за возможных искажений при самостоятельной отчётности компаний, ОЭСР предложила связывать поддержку агентства компаниям с требованием предоставлять корректную отчётность о своей деятельности. Например, Ирландское агентство по привлечению прямых иностранных инвестиций – IDA Ireland – использует такой подход для сбора данных о занятости и экономической активности через обязательные опросы, результаты которых доступны сторонним пользователям (OECD, 2024[18]). Прямое взаимодействие с инвесторами для получения обратной связи и оперативных данных позволило бы Туркменистану повысить точность и актуальность собираемой информации (OECD, 2019[5]).
Однако внутренние данные имеют определенные ограничения для проведения анализа. В связи с этим агентству целесообразно установить институциональные связи с внешними источниками, способными отслеживать параметры, которые традиционно сложно измерить для АПИ, например вопросы, связанные с навыками или инновациями. В странах ОЭСР для таких задач могут привлекаться частные поставщики данных, однако сбор внешней информации может также осуществляться государственными структурами. Например, агентство InvestChile получает данные от Министерства финансов, Налоговой службы и Национальной таможенной службы. Опыт Чили показывает, что агентства могут улучшить качество данных, предлагая своим институциональным партнёрам включать в опросы новые, целевые вопросы, что делает процесс сбора информации более точным (OECD, 2024[17]).
Среди различных инструментов M&E агентству будет полезно разработать чёткие ключевые показатели эффективности (KПЭ), чтобы обеспечить согласованность своей работы с национальными инвестиционными стратегиями и более широкими целями экономического развития страны. К таким показателям могут относиться качественные индикаторы, такие как экономическая диверсификация, региональное развитие, инвестиции в научные исследования и разработки, декарбонизация, качество рабочих мест и развитие навыков, гендерное равенство и производительность — все они являются ключевыми характеристиками качественных ПИИ. Однако эти показатели проще отслеживать, если они связаны с количественными индикаторами, имеющими конкретные целевые значения, что помогает направлять деятельность агентства.
Кроме того, ряд международных агентств по привлечению инвестиций внедрили инновационные подходы для оценки своего вклада в достижение Целей устойчивого развития (ЦУР). Например, ProColombia отслеживает инвестиционные проекты, которые вносят вклад как минимум в три или более ЦУР, а IDA Ireland контролирует долю клиентов, имеющих корпоративные планы по борьбе с изменением климата (OECD, 2024[17]). Монгольское АПИ использует инвестиционную карту ЦУР (Вставка 3.5). Внедрение аналогичных практик позволило бы туркменскому агентству по привлечению инвестиций отслеживать и оценивать свой вклад в устойчивое развитие и достижение других политических целей, укрепляя доверие инвесторов и долгосрочную экономическую устойчивость.
Как и Туркменистан, экономика Монголии в значительной степени зависит от добывающего сектора, и, в частности — от горнодобывающей промышленности. Чтобы привлечь инвестиции, Монголия предоставляет подробные карты, список стратегических месторождений, ключевую статистику и ссылки на специальный сайт с текущими тендерами, а также разъяснения процедур. Сайт также содержит стандартные компоненты АПИ, такие как инвестиционное законодательство, инвестиционные возможности, а также руководство для иностранных предприятий, призванные помочь им понять местные условия ведения деятельности.
Опыт Монголии содержит ценные уроки, особенно в части повышения доступности информации. Например, руководство для инвесторов доступно на нескольких языках, в том числе на английском, китайском, киргизском и русском, что позволяет максимально расширить охват аудитории. Кроме того, основные направления политики агентства и планы действий размещены в открытом доступе в интернете, что способствует повышению прозрачности и укрепляет доверие инвесторов.
Еще одной особенностью АПИ Монголии является акцент на устойчивое развитие. Сайт содержит «Инвестиционную карту Целей в области устойчивого развития (ЦУР)», которая содержит классификацию проектов по признаку прямого и косвенного влияния на ЦУР. Каждый проект представлен бизнес-моделью, кратким описанием влияния, исследованием рынка, а также экономическими и рисковыми профилями, и предлагаем комплексный подход к инвестициям.
Рекомендация 2.3: АПИ должно более активно взаимодействовать с заинтересованными инвесторами
Помимо создания привлекательной презентации страны, АПИ может напрямую обращаться к инвесторам, которые ранее уже выражали интерес к стране. Примером такой работы являются кампании по привлечению потенциальных клиентов (lead generation campaigns), где под «потенциальным клиентом» (lead) подразумевается потенциальный инвестор, который уже проявляет интерес. Основная цель такой кампании — выявить лиц, принимающих решения в организации потенциального инвестора, и отправить им электронные письма и пакеты информационных материалов. Если они не готовы инвестировать в настоящее время, полезно попросить их составить список возражений, который может послужить дополнительным материалом для улучшения инвестиционного климата страны (GIZ, 2020[30]).
Взаимодействие с инвесторами может также осуществляться через посредников. В роли таковых могут выступать отраслевые и кластерные ассоциации, посольства, а также предприятия, оказывающие финансовые, консалтинговые или юридические услуги. Они могут работать в качестве агентов и консультантов или даже резидентов индустриальных парков. Посредники знакомы с предприятиями в своих отраслях и поддерживают с ними профессиональные отношения, поэтому они могут стать ценным активом для АПИ и важным связующим звеном с иностранными инвесторами. Сотрудничество с ними может принимать форму совместных мероприятий (GIZ, 2020[30]).
Механизмы содействия бизнесу существуют, но они, по-видимому, не ориентированы конкретно на инвестиции
Содействие инвестициям может улучшить инвестиционный климат
Содействие инвестициям охватывает совокупность инструментов, политических мер и процедур, направленных на создание прозрачной, предсказуемой и эффективной нормативно-правовой и административной среды, которая облегчает инвесторам процесс создания, ведения и расширения их деятельности (Novik and De Crombrugghe, 2018[34]). Основное внимание уделяется снижению или устранению барьеров, с которыми сталкиваются инвесторы после принятия решения о вложении капитала, таких как отсутствие ясности в законодательстве, сложные административные процедуры, высокие временные и ресурсные издержки, ограниченные возможности государственных органов и риски коррупции. Например, правительство внедряет новую онлайн-систему под названием «e-Salgyt» для подачи налоговых деклараций в электронном виде, что делает процесс более эффективным и удобным для налогоплательщиков. В отличие от продвижения инвестиций, которое связано с маркетингом и привлечением потенциальных инвесторов, содействие инвестициям начинается ещё на этапе прединвестирования и продолжается на протяжении всего жизненного цикла инвестиций, включая послепродажное сопровождение и удержание инвесторов.
В Туркменистане отсутствует структура или стратегия по содействию инвестициям
В настоящее время в Туркменистане нет учреждения, специализирующегося на содействии инвестициям; на сайте Invest in Turkmenistan доступны лишь отдельные функции поддержки. На сайте имеется раздел с контактной информацией, включающей телефонные номера, электронный и почтовый адреса, а также форму для обратной связи, однако неясно, в какое именно ведомство поступают запросы. Веб-страницы, которые должны перенаправлять пользователей на внешние ресурсы, например, Государственный банк внешнеэкономической деятельности или Государственную миграционную службу для получения информации о визовых процедурах, по состоянию на май 2025 года часто содержат устаревшие или неработающие ссылки (Invest in Turkmenistan, 2025[28]).
В странах Евразии АПИ часто сосредоточены на формировании положительного имиджа и проведении промокампаний, уделяя меньше внимания таким важным функциям, как содействие инвестициям, послепродажное сопровождение и участие в разработке политики (OECD, 2020[12]). Туркменистан, который остаётся малоизвестным для многих потенциальных инвесторов за пределами Центральной Азии, также делает акцент на продвижении. Однако ему не следует ограничиваться только этим направлением. Туркменистану было бы полезно наделить своё агентство по привлечению инвестиций функциями содействия инвестициям.
Сохранение и сопровождение инвестиций являются важными компонентами инвестиционного содействия
Мероприятия по сопровождению инвесторов и стратегии удержания инвестиций имеют существенное значение для сохранения инвестиционного портфеля и способны повлиять на решение инвесторов о повторном вложении средств, особенно с учетом того, что привлечение новых инвесторов может быть более сложным и дорогостоящим мероприятием, чем поддержка реинвестирования и расширения деятельности. Услуги инвестиционного сопровождения могут включать регулярное информирование о законодательных реформах, правовую поддержку путем установления официальных каналов связи с высшими должностными лицами, принимающими решения, а также оценки для выявления узких мест в инвестиционном климате (OECD, 2015[4]).
Рекомендации
Рекомендация 3.1: устранение информационного пробела должно быть одним из главных приоритетов АПИ
Первая рекомендация по содействию инвестициям касается доступности информации. В сфере привлечения инвестиций заполнение информационного вакуума означает наличие понятной и точной информации для пробуждения интереса инвесторов, но в контексте содействия инвестиционной деятельности это понятие приобретает иное значение: решение индивидуальных вопросов, с которыми инвестор может столкнуться, решив инвестировать. Это требует внедрения прозрачных коммуникационных механизмов, таких как быстрый ответ на запрос с указанием имеющейся информации и приблизительного срока окончательного ответа. Возможно также назначение сотрудника для установления личного контакта и доверительных отношений с инвестором, и введение стандартизированных шаблонов документов и презентаций, которые будут использоваться сотрудниками агентства при работе с бизнесом. Это продемонстрирует последовательность и скоординированность работы в рамках всего агентства. АПИ может заранее подготовить пакеты услуг или брошюры, в которых будет подробно изложена ключевая информация, касающаяся деловой активности, например, решения по кредитованию или найму (GIZ, 2020[30]).
Рекомендация 3.2: Мандат АПИ должен быть направлен на обеспечение бесперебойного взаимодействия инвесторов как с государственными органами, так и с деловыми партнёрами
Инструменты содействия инвестициям АПИ могут быть разработаны и предоставляться, по крайней мере частично, через внедрение на его веб-сайте принципа «Единого окна», где инвесторы смогут взаимодействовать с сотрудниками АПИ для решения вопросов и проблем на каждом этапе инвестиционного процесса. Цель состоит в том, чтобы установить надёжную и доверительную связь инвестора с конкретным контактным лицом, которое не только сможет предоставить информацию о различных административных процедурах, но и окажет поддержку в их выполнении, сокращая количество шагов, которые инвестор должен предпринимать самостоятельно для взаимодействия с органами власти (OECD, 2015[4]). Примеры такой практики многочисленны и заметны даже в рамках региона (Вставка 3.6).
Помимо содействия во взаимодействии с государственными органами, агентство может связывать инвесторов с местными компаниями. Выступая в роли посредников, АПИ облегчает бизнес-нетворкинг и создание связей между компаниями, создавая возможности для местных поставщиков участвовать в цепочках добавленной стоимости иностранных инвесторов. Такая интеграция важна, поскольку способствует передаче технологий, повышению компетенций и включению отечественных компаний в более широкие рынки, что в конечном итоге стимулирует экономический рост и создание рабочих мест на локальном уровне. Для поддержки этих процессов агентства по привлечению инвестиций часто ведут базы данных о возможностях местных компаний, организуют сетевые мероприятия, а также предоставляют программы наставничества и повышения квалификации для укрепления этих связей. Эффективное содействие интеграции укрепляет доверие инвесторов, обеспечивая им доступ к надёжным местным ресурсам, и одновременно позволяет отечественным предприятиям получать выгоду от возросшего спроса и повышения стандартов. Это поддерживает национальную экономику и снижает риски вывода инвестиций (OECD, 2015[4]; Novik and De Crombrugghe, 2018[34]). Например, в Камбодже база данных поставщиков с учётом устойчивого развития позволяет местным поставщикам регистрироваться в базе и связываться с инвесторами, заинтересованными в поддержке проектов устойчивого развития, связанных с конкретными ЦУР (Council for the Development of Cambodia, 2025[35]).
Агентство Kazakh Invest при Министерстве иностранных дел выступает в роли государственного АПИ Казахстана. Оно оказывает всестороннюю поддержку иностранным инвесторам путем предоставления информации о законодательстве, бизнес-справочников и аналитических данных по приоритетным отраслям. Выступая в качестве единой точки входа, Kazakh Invest помогает инвесторам на протяжении всего процесса инвестирования, обеспечивая беспрепятственный выход на рынок и операционную деятельность. Будучи единственным посредником от имени правительства в вопросах инвестиций, агентство играет ключевую роль в усилиях правительства по привлечению ПИИ. Это является частью стратегии Казахстана по получению ПИИ в объеме 150 миллиардов долларов США в течение следующих пяти лет (Government of Kazakhstan, 2024[36]).
Сайт агентства отличается подробным содержанием и интерактивными функциями. Он предлагает пошаговые руководства по открытию и ведению бизнеса, а также полезную информацию, например список страховых компаний. Интерактивная «умная карта» позволяет инвесторам оценивать потенциальные проекты, проецируя на нее основные параметры, такие как расположение крупных городов, СЭЗ, промышленных зон, гостиниц и плотность населения.
Основной сильной стороной Kazakh Invest является его сфокусированный подход к содействию инвестициям. Вместо того чтобы заниматься как привлечением, так и содействием инвестициям, оно концентрируется исключительно на содействии, оставляя функции привлечения зарубежным представителям Министерства иностранных дел. На веб-сайте Kazakh Invest пользователи могут найти раздел, посвящённый их обращениям, который предлагает четыре типа взаимодействия: инвестирование в Казахстан, установление партнёрских связей, получение консультации и подачу жалобы. Цифровизация процессов содействия инвестициям в настоящее время расширяется за счёт поэтапного внедрения Национальной цифровой инвестиционной платформы (NDPI) — нового «Единого окна», предназначенного для прямой онлайн-интеграции всех государственных органов с целью обеспечения ускоренного обмена информацией и своевременной поддержки проектов для потенциальных и действующих инвесторов.
Рекомендация 3.3: обеспечивать реинвестирование, принимая во внимание обратную связь инвесторов и предоставляя правительству консультации по вопросам законотворчества
Удержание инвестиций является ключевым компонентом содействия инвестициям. Его цель — добиться того, чтобы инвесторы оставались в стране и продолжали вкладывать средства в другие проекты. Требуется тесное сотрудничество с другими учреждениями для определения отраслей, в которых наиболее важно сохранять инвестиции, на основе данных о занятости, географическом положении и текущих национальных стратегиях, а также для предотвращения возможных угроз оттока инвестиций путем активного взаимодействия с инвесторами. Кроме того, АПИ должно оценивать существующие риски оттока инвестиций, чтобы иметь возможность решать любые возникающие проблемы заранее (World Bank, 2023[39]).
АПИ могло бы активно участвовать в организации Совета иностранных инвесторов, который служил бы платформой для диалога и обмена мнениями между инвесторами. Можно, например, рассмотреть подходы региональных партнеров, таких как Узбекистан и Казахстан, которые создали советы иностранных инвесторов, которые подчиняются президенту (Вставка 3.7). Такой подход будет соответствовать существующей в стране структуре управления, одновременно используя преимущества, наблюдаемые в успешных АПИ во всем мире.
Казахстан стал первой страной в регионе, где в 1998 году был создан Совет иностранных инвесторов (СИИ). Его основная цель — обеспечить прямой диалог между правительством и иностранными инвесторами для эффективного решения проблем, связанных с инвестиционной деятельностью, для улучшения инвестиционного климата. Для достижения этой цели Совет формулирует рекомендации для президента и правительства по определению приоритетных направлений инвестиционной политики и интеграции страны в мировую экономику, выявлению проблем, с которыми сталкиваются иностранные компании, работающие в Казахстане, а также по созданию правовой базы, которая благоприятствует инвестициям и способствует диверсификации экономики. Обмен мнениями происходит на ежегодных пленарных заседаниях под председательством президента, однако предварительные результаты выполнения решений, принятых на пленарных заседаниях, обсуждаются на промежуточных заседаниях под председательством премьер-министра. Также существуют рабочие группы по конкретным вопросам, таким как инвестиционная политика, трудовое законодательство, энергетика и экология, цифровизация, здравоохранение и фармацевтика. Они включают в себя других членов Совета и работают в течение всего года.
В Узбекистане СИИ выполняет схожие функции с казахстанским, но имеет некоторые организационные отличия. СИИ также фокусируется на анализе и выявлении проблем, с которыми сталкиваются инвесторы в стране, и их устранении. Однако, если президент Узбекистана является председателем ежегодного пленарного заседания, то президент Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР) является сопредседателем. Промежуточные заседания, проводимые раз в два года, в Узбекистане возглавляет министр инвестиций, промышленности и торговли. В СИИ Узбекистана также есть тематические рабочие группы, которых нет в Казахстане, например, по финансовому сектору и банковскому делу, трансграничному инвестированию, приватизации и государственно-частному партнерству (ГЧП). Это иллюстрирует важность адаптации рабочих групп к потребностям страны.
Для эффективного взаимодействия с инвесторами Туркменистан мог бы также создать нечто подобное недавно учрежденному в Казахстане Совету по привлечению инвестиций, также известному как Инвестиционный штаб, который помогает решать ключевые вопросы, возникающие в ходе реализации инвестиционных проектов, обеспечивая их оперативное рассмотрение руководством страны. Более того, указом президента Казахстана вдекабре 2023 года Инвестиционному штабу были предоставлены полномочия принимать обязательные к исполнению протокольные решения (Government of Kazakhstan, 2024[36]). Это дает штабу значительные возможности для решения неотложных вопросов, связанных с инвестициями.
К тому же, АПИ необходимо обеспечить внедрение механизмов, предоставляющих инвесторам удобный способ получения поддержки в случае возникновения трудностей. Например, АПИ Республики Корея учредило должность уполномоченного для иностранных инвесторов, у которого есть сайт для приема жалоб инвесторов в режиме онлайн. Также предоставляются конфиденциальные онлайн-консультации по запросу (Office of the Foreign Investment Ombudsman, 2025[42]). Казахстан внедряет Единый реестр проблем и жалоб инвесторов — инструмент для регистрации и отслеживания проблем инвестиционных проектов, а также любых опасений, выражаемых инвесторами (UNCTAD, 2024[43]).
В числе приоритетных задач для Туркменистана — расширение полномочий АПИ, касающихся специальных экономических зон (СЭЗ) и механизмов государственно-частного партнерства (ГЧП).
В Туркменистане существует несколько различных политических рамок в отношении СЭЗ и ГЧП, однако практика их применений остается неясной
СЭЗ характеризуются особыми правилами, направленными на привлечение иностранных инвестиций, часто с упором на экспорт
Особые экономические зоны (СЭЗ) представляют собой географически определённые территории, на которых государство предлагает специальные регуляторные, фискальные и административные стимулы для привлечения инвестиций, стимулирования экспорта и развития промышленности. Их основная цель — создать более благоприятные условия для ведения бизнеса по сравнению с остальной территорией страны, часто за счёт упрощённых таможенных процедур, налоговых каникул и улучшенной инфраструктуры, что напрямую влияет на решения транснациональных компаний о размещении своих предприятий. СЭЗ могут способствовать региональному экономическому развитию и сокращению неравенства, концентрируя инвестиции в менее развитых районах (OECD, 2023[44]). Однако СЭЗ имеют и свои ограничения: их преимущества могут оставаться географически ограниченными, что снижает масштабы эффекта распространения; для их успешного функционирования требуется эффективное управление, чтобы избежать неэффективности и рентного поведения; кроме того, зависимость от фискальных стимулов может быть затратной и подверженной влиянию международных налоговых правил, которые всё более ограничивают применение преференциальных налоговых режимов.
Законодательство Туркменистана регулирует деятельность СЭЗ на национальном уровне, однако кажется, что не все его положения применяются
Законодательные положения об СЭЗ содержатся в нескольких правовых актах. В Законе «Об инвестиционной деятельности» СЭЗ рассматриваются как инвестиционные стимулы, предоставляющие различные механизмы защиты прав инвесторов, и льготы, доступные в этих зонах. Они включают в себя освобождение от требования иметь лицензию на экспортно-импортные операции для нужд предприятия, право на аренду земли на определенных условиях, а также освобождение от сборов за различные процедуры (Mejlis of Turkmenistan, 2019[19]). Положения Налогового кодекса способствуют формированию правовой базы в отношении налоговых льгот (Mejlis of Turkmenistan, n.d.[45]), а специальный закон «О свободных экономических зонах» определяет различные типы зон, их организацию, а также условия их создания и закрытия (Mejlis of Turkmenistan, 2019[46]).
Некоторые важные организационные аспекты пока недостаточно проработаны или не приводят к дальнейшим действиям. АПИ может помочь устранить эти пробелы. Например, согласно закону «О свободных экономических зонах», полномочия по разработке стратегии СЭЗ принадлежат Кабинету Министров, в то время как ее реализация является прерогативой «уполномоченного органа», который соответствует Министерству финансов и экономики (Mejlis of Turkmenistan, 2019[46]). Правительство в своих ответах на анкету ОЭСР указало, что АПИ в идеале также должно отвечать за разработку и реализацию стратегии СЭЗ, что может облегчить нагрузку на министерство за счет создания специализированного органа.
Первая «современная» экономическая зона была создана в Ирландии в 1959 году. С тех пор количество СЭЗ экспоненциально возросло, что привело к отсутствию единого согласованного определения данного понятия. Наиболее распространённое определение основывается на следующих ключевых критериях СЭЗ:
Пространственный аспект: чётко обозначенная географическая территория национального пространства и/или особое правовое пространство.
Регуляторный аспект: наличие особого режима регулирования, отличающегося от остальной экономики (чаще всего в области таможенных и налоговых правил, но также потенциально охватывающего другие важные аспекты регулирования, такие как правила иностранного владения, доступ к земле или трудовое законодательство). Деловая среда в зоне является более экономически либерализированной с точки зрения законодательства и более эффективной с административной точки зрения.
Управление на национальном уровне: наличие специализированной системы управления и институциональной структуры для обеспечения эффективного администрирования.
Инфраструктурное обеспечение: наличие инфраструктуры, предоставление сервисных услуг и условий, а также (финансовых или налоговых) стимулов.
Примечание: Классификация может варьироваться в зависимости от используемого источника.
Источник: (OECD, 2023[44])
Несмотря на их популярность, международный опыт применения СЭЗ показывает смешанные результаты
В целом, межстрановые данные по экономическим зонам позволяют сделать следующие выводы, которые АПИ или любой другой орган, ответственный за контроль программ СЭЗ в Туркменистане, должны учитывать при определении того, когда, где и зачем создавать новые зоны:
Они обычно не являются наилучшим решением. Наиболее эффективным подходом, как правило, является улучшение общего инвестиционного климата. Зоны могут иметь смысл как промежуточный шаг, если их создание способствует достижению этой цели. Однако, поскольку часто проще предоставить фискальные, регуляторные и таможенные льготы, чем проводить масштабные институциональные реформы, зоны легко могут превратиться в альтернативу реформам, а не в инструмент их содействия. Действительно, как только привилегии предоставляются резидентам СЭЗ, формируется лобби, заинтересованное в их сохранении.
Они являются лишь одним из многочисленных инструментов, используемых для стимулирования экспорта и обеспечения экономического роста. Эффективность зон повысится, если их развитие будет осуществляться в увязке с прочими мерами инвестиционного стимулирования и с расчетом на вклад в общенациональное экономическое развитие, а не как фактически изолированные офшорные анклавы. По этой причине они наиболее эффективны в странах с развитой инфраструктурой и финансовыми рынками, где возможны нисходящие связи с внутренней экономикой. (Farole and Kweka, 2011[47]) отмечают, что инвестиции, занятость и экспорт в СЭЗ сильно и положительно коррелируют с общим показателем страны по Глобальному индексу конкурентоспособности Всемирного экономического форума — другими словами, зоны не компенсируют плохой инвестиционный климат; они с большей вероятностью будут успешными там, где общий инвестиционный климат благоприятен.
Зоны являются искажающими инструментами по отношению к внешней торговле и внутренним рынкам, и их необходимо разрабатывать с учётом обязательств по ВТО. Даже при полном соответствии нормам ВТО они могут искажать внутреннюю конкуренцию и способствовать сегментации внутренних рынков труда.
Успешные программы СЭЗ, как правило, имеют общие черты:
Они требуют высокой степени последовательности государственной политики, как во времени, так и в различных областях политики. (Charitar and Narrainen, 2009[48]) подчеркивают, что неудачный опыт многих африканских зон связан с отсутствием последовательности как в системе правил для зон, так и в реализации программ зон. Эти вопросы крайне актуальны для АПИ или любых других учреждений, участвующих в управлении СЭЗ.
Обеспечение положительных связей зон с внутренней экономикой часто требует дополнительных мер на уровне всей экономики, таких как развитие навыков, обмен знаниями и политика кластеров (FIAS, 2008[49]).
Успешные зоны предоставляют качественную инфраструктуру и благоприятные условия для ведения бизнеса; они не всегда требуют крупных фискальных стимулов. Опрос инвесторов в зонах десяти стран в 2009 году показал, что уровень корпоративного налогообложения занимал пятое место среди их забот, уступая стоимости/качеству коммунальных услуг, доступу к транспортной инфраструктуре, регуляторной среде для бизнеса и содействию торговле (Farole and Kweka, 2011[47]). Учитывая общий низкий налоговый режим в Туркменистане, фискальные стимулы, вероятно, будут ещё менее значимыми.
Особые зоны должны приносить значительные выгоды и для тех, кто находится за их пределами. Цель СЭЗ заключается в создании положительных внешних эффектов для более широкой экономики. Это может включать повышение квалификации части рабочей силы, содействие усвоению технологий и опыта из-за рубежа или стимулирование инноваций.
Зоны должны соблюдать принцип недискриминации между иностранными и отечественными инвесторами. Несоблюдение этого принципа может привести к различным схемам обхода правил, когда инвесторы стремятся работать через структуры, которые имеют право на льготное обращение (например, отечественные компании используют офшорные холдинги, чтобы получить льготы, предназначенные для иностранных инвесторов), вместо того чтобы создавать действительно новые инвестиции.
Нет свидетельств о существовании ГЧП в национальных или международных инвестиционных проектах в Туркменистане
В Туркменистане недавно был принят закон о ГЧП, но остается неясным, существуют или запланированы ли ГЧП проекты в стране. Принятый в 2021 году Закон «О государственно-частном партнерстве» направлен на расширение участия частного сектора путем создания правовой базы для такого сотрудничества. Содействие государственно-частному партнерству также входит в число целей президентской программы социально-экономического развития страны на 2022–2028 годы.
Связь между прямой иностранной инвестиционной деятельностью в Туркменистане и ГЧП пока отсутствует. На сайте Invest in Turkmenistan нет конкретной информации о ГЧП, а также нет раздела для проведения прямых иностранных инвестиционных проектов в режиме ГЧП (Invest in Turkmenistan, 2025[28]). Заполнение этого информационного вакуума даже при минимальных усилиях может помочь реализации планов по расширению использования ГЧП.
В процессе внедрения новой системы государственно-частного партнёрства (ГЧП) Туркменистану следует учитывать ряд уроков, извлечённых из международного опыта использования ГЧП для предоставления услуг или инфраструктуры. ГЧП является сложным инструментом, требующим создания надёжной системы оценки соотношения «цена–качество» с использованием осторожного ориентира со стороны государственного сектора и прозрачных и последовательных руководящих принципов в отношении неколичественных элементов в оценке соотношения «цена–качество». Органы власти должны уметь классифицировать, измерять и распределять риски между сторонами, которые способны ими управлять, а также соблюдать надлежащие бухгалтерские и бюджетные практики.
Отправной точкой для оценки целесообразности ГЧП является ориентир государственного сектора — сравнение чистой приведённой стоимости заявок на проект ГЧП с наиболее эффективной формой реализации проекта, выполненного традиционным способом через государственные закупки. Ориентир учитывает риски, которые могут быть переданы потенциальной частной стороне, а также те риски, которые остаются на ответственности государства. Таким образом, ориентир государственного сектора служит гипотетической, скорректированной с учётом риска, стоимостью реализации проекта государством. При этом существует риск манипуляций в пользу ГЧП, особенно учитывая зависимость от выбранной ставки дисконтирования или оценки передаваемого риска. Кроме того, оценка включает качественные аспекты, требующие суждения со стороны правительства.
Второй важный вопрос — управление рисками. Для того чтобы частный партнёр действовал эффективно и в интересах общества, необходимо передавать достаточное, но при этом соответствующее количество рисков. В принципе, риск должна нести та сторона, которая способна управлять им наиболее эффективно. В данном контексте «наиболее эффективно» означает способность управлять риском с наименьшими издержками. Это может означать способность предотвратить возникновение риска (управление риском ex ante) или умение справиться с последствиями реализованного риска (управление риском ex post). Однако не все риски поддаются управлению, и могут быть случаи, когда ни одна из сторон контракта не способна справиться с риском. Для таких сторон эти непреодолимые риски являются экзогенными рисками (например, нестрахуемые форс-мажорные обстоятельства, влияющие на всех участников).
Третий ключевой аспект — доступность проекта. Проект считается доступным, если государственные расходы, связанные с ним (независимо от формы реализации — ГЧП или традиционное финансирование), могут быть учтены в рамках межвременного бюджетного ограничения государства. ГЧП может сделать проект доступным, если повышение эффективности позволяет реализовать проект, который не помещался в межвременное бюджетное ограничение при традиционном государственном финансировании.. Хотя проекты ГЧП зачастую не включаются в государственный бюджет, важно учитывать их влияние на долгосрочную фискальную устойчивость. ГЧП не должны использоваться как способ обхода бюджетных ограничений или сокрытия будущих расходов. Система государственного бюджетирования и бухгалтерского учёта должна обеспечивать ясный, прозрачный и достоверный учёт деятельности ГЧП, чтобы не было стимулов выбирать ГЧП исключительно из-за особенностей бухгалтерского учёта (OECD, 2011[50]).
Учитывая эти вызовы, органы власти могут предпринять ряд конкретных шагов для максимизации вероятности успеха. В конечном счёте, их цель должна заключаться в последовательном соблюдении принципов ОЭСР по управлению ГЧП (Вставка 3.9).
Создание чёткой, предсказуемой и легитимной институциональной структуры при поддержке компетентных и обеспеченных ресурсами органов власти:
1. Политическое руководство должно обеспечивать общественное информирование о сравнительных затратах, выгодах и рисках ГЧП и традиционных закупок. Популярное понимание ГЧП требует активного консультирования и вовлечения заинтересованных сторон, а также участия конечных пользователей в определении проекта и последующем мониторинге качества услуг.
2. Следует поддерживать ключевые институциональные роли и обязанности. Это требует, чтобы закупающие органы, подразделения ГЧП, Центральный бюджетный орган, Верховный аудиторский орган и отраслевые регуляторы имели чёткие мандаты и достаточные ресурсы для обеспечения разумного процесса закупок и ясных линий подотчётности.
3. Обеспечить, чтобы все значимые нормативные акты, влияющие на функционирование ГЧП, были ясными, прозрачными и исполняемыми. Бюрократические барьеры следует минимизировать, а новые и существующие правила тщательно оценивать.
Основывать выбор ГЧП на соотношении «цена–качество»
4. Все инвестиционные проекты должны рассматриваться на высшем политическом уровне. Поскольку существует множество конкурирующих инвестиционных приоритетов, правительство должно определять и реализовывать стратегические цели. Решение о вложении инвестиций должно приниматься с учётом интересов всего правительства и отделяться от вопросов закупок и финансирования проекта. Не должно быть институциональных, процедурных или бухгалтерских предвзятостей ни в пользу, ни против ГЧП.
5. Тщательно исследовать, какой метод инвестирования принесёт наибольшую ценность. Ключевые факторы риска и особенности конкретных проектов следует оценивать с помощью предварительной проверки вариантов закупки. Предварительная проверка позволяет правительству решить, целесообразно ли далее рассматривать вариант ГЧП.
6. Переносить риски на тех, кто способен управлять ими наилучшим образом. Риск должен быть определён, идентифицирован, измерен и нести его должна сторона, для которой предотвращение риска или управление уже реализованным риском обходится наименьшей стоимостью.
7. Закупающие органы должны быть готовы к операционной фазе ГЧП. Обеспечение соотношения «цена–качество» требует такой же бдительности и усилий, как и на предварительной фазе проекта. Особое внимание следует уделять переходу к операционной фазе ГЧП, поскольку участники со стороны государства могут изменяться.
8. Соотношение «цена–качество» должно сохраняться при пересмотре условий. Только если условия изменяются вследствие дискреционных действий государственной политики, правительство может рассматривать возможность компенсации частному сектору. Любой пересмотр условий должен осуществляться прозрачно и в соответствии с установленными процедурами утверждения ГЧП. Должны быть установлены чёткие, предсказуемые и прозрачные правила разрешения споров.
9. Правительство должно обеспечивать достаточную конкуренцию на рынке через конкурентные тендеры и, при необходимости, структурировать программу ГЧП так, чтобы поддерживать функциональный рынок. Если участников рынка мало, правительство должно гарантировать равные условия на этапе тендера, чтобы новые операторы могли выйти на рынок.
Прозрачное проведение бюджетного процесса с целью минимизации фискальных рисков и обеспечения целостности закупочного процесса
10. В соответствии с фискальной политикой правительства Центральный бюджетный орган должен обеспечивать доступность проекта и устойчивость общего инвестиционного объёма
11. Проект должен учитываться прозрачно в бюджетном процессе. Бюджетная документация должна раскрывать все расходы и условные обязательства. Особое внимание следует уделять тому, чтобы бюджетная прозрачность ГЧП охватывала весь государственный сектор.
12. Правительство должно предотвращать расточительство и коррупцию, обеспечивая целостность процесса закупок. Необходимые навыки и полномочия для закупок должны быть доступны соответствующим органам.
Источник: (OECD, 2012[51])
Рекомендации
Рекомендация 4.1: интеграция функций СЭЗ в АПИ не является распространенной практикой, однако из существующих проектов можно извлечь уроки
Интеграция управления СЭЗ в АПИ стран-членов ОЭСР — относительно редкое явление вместо которого чаще всего прибегают к координации АПИ с ведомством, ответственным за СЭЗ (OECD, 2015[4]). Например, во Франции нет госоргана, координирующего СЭЗ. В других странах-членах организации, например, в Турции, ведется работа с СЭЗ, однако она фрагментирована и служит частью более масштабных стратегических целей. Для АПИ это скорее второстепенная задача. Случай Турции с ее достаточно децентрализованным управлением вопросами СЭЗ может послужить для Туркменистана наглядным примером альтернативной институциональной структуры и дать более полное представление о разнообразии существующих решений в этой сфере. В Турции стратегия привлечения ППИ, разработанная Инвестиционным управлением, требует от Министерства транспорта и инфраструктуры обеспечения связности между различными зонами. Перед Министерством национального образования и Министерством промышленности и технологий, совместно с другими учреждениями, такими как Высшая организация организованных промышленных зон (ОПЗ), стоят задачи, связанные с планированием возможностей профессионального и технического образования в СЭЗ. Пример Турции также можно использовать в качестве модели продвижения инвестиций в СЭЗ, поскольку эта категория четко обозначена для пользователей при входе на сайт (Investment Office of the Presidency of the Republic of Türkiye, 2024[13]).
Несмотря на то, что в странах-членах ОЭСР нет полноценных примеров объединенной структуры СЭЗ в рамках АПИ, Туркменистан может почерпнуть определенный опыт из практики агентств по развитию СЭЗ. Они функционируют аналогично АПИ, но вместо привлечения инвестиций в масштабе всей страны они концентрируются на конкретных экономических зонах (Вставка 3.10). Как показывает пример Генерального управления по инвестициям и свободным экономическим зонам (GAFI) в Египте, такие учреждения могут иметь специальный комитет, занимающийся рассмотрением и одобрением заявок компаний на создание предприятий в зоне, взаимодействием с частным сектором для обсуждения необходимости разработки новой зоны, а также предоставлением инвесторам специализированных механизмов альтернативного разрешения споров (ADR) (OECD, 2020[52]). Совмещение в рамках одного агентства функций развития СЭЗ и привлечения инвестиций может повлечь за собой нежелательные результаты, такие как дублирование функций и снижение общей эффективности (Farole and Kweka, 2011[47]).
Кения выбрала путь создания отдельного органа по развитию СЭЗ, независимого от национального АПИ. Этот орган выполняет классические функции инвестиционного агентства, но применительно к СЭЗ. Он занимается привлечением инвестиций в СЭЗ, обеспечивает прозрачность в вопросах регулирования и демонстрирует потенциал рынка. Кроме того, он предлагает услуги по упрощению процедур через систему «одного окна». Особое внимание уделяется сотрудничеству как с частными, так и с государственными заинтересованными сторонами. Это необходимо для того, чтобы консультативная работа по вопросам регулирования проводилась эффективно и соответствовала потребностям рынка.
Также у SEZA есть задачи, которые относятся исключительно к деятельности СЭЗ. Так, Управление осуществляет консультационную деятельность для правительства по всем аспектам СЭЗ, от определения и утверждения до создания и функционирования. Это означает, что SEZA также отвечает за выявление и картографирование земельных участков, которые будут использоваться для СЭЗ, а при необходимости — за обеспечение их доступности.
Источник: (SEZ Authority, 2025[53])
Рекомендация 4.2: при условии грамотной организации включение управления ГЧП в функции АПИ может способствовать привлечению частных инвестиций
Функции по управлению проектами ГЧП по определению не относятся к компетенции АПИ, однако могут стать полезным дополнением. Не так много АПИ прибегает к продвижению и содействию проектам ГЧП. Присутствие в структуре АПИ специализированной группы с четко прописанными полномочиями и ответственностью может существенно помочь в планировании и реализации проектов, сопровождении закупок, контроле эффективности и работе с участниками процесса (OECD, 2015[4]).
Опыт зарубежных стран демонстрирует возможность встраивания полномочий в области ГЧП в деятельность АПИ. Туркменистан мог бы передать некоторые аспекты управления ГЧП в ведение АПИ, чтобы в полной мере использовать новую правовую базу для ГЧП (Вставка 3.11). Агентству можно было бы поручить продвижение и содействие ГЧП — задачи, которые не потребуют значительного расширения функций по сравнению со стандартными задачами по привлечению и содействия инвестициям. Привлечение инвестиций, как и прежде, будет обеспечивать доступ к информации о нормативно-правовой базе и экономическом потенциале проектов. При этом меры по содействию инвестициям будут направлены на поддержку заинтересованных инвесторов в решении возникающих практических вопросов.
ProInversión — перуанское АПИ, которое оказывает услуги по привлечению инвестиций и содействию как отечественным, так и зарубежным инвесторам. Сайт агентства (www.investinperu.pe/en) содержит необходимую информацию об инвестиционных стимулах, правовой базе (в том числе по разрешению споров), трудовых режимах, налогах и тарифах.
Полномочия агентства предусматривают активное участие в формировании политики по вопросам ГЧП. Согласно статье 3 регламента, ProInversión уполномочено разрабатывать рекомендации по инвестиционной политике на основе анализа реализованных проектов и оказывать экспертную поддержку государственным структурам и региональным властям в привлечении частных инвестиций.
На ProInversión также возложены задачи по реализации проектов ГЧП. В связи с этим агентству предоставлено право преобразовывать в ГЧП государственные инвестиционные проекты в сфере общественной инфраструктуры и приоритетных государственных услуг до начала их реализации. На основании проведенного анализа и совместно с представителями отрасли, связанной с общественной инфраструктурой и важнейшими услугами населению, ProInversión также может заявлять о заинтересованности в развитии новых частно-государственных инициатив с совместным финансированием.
Сайт агентства упрощает инвестирование в проекты ГЧП. Открывая сайт, пользователь сразу видит панель, ведущую к различным форматам ГЧП, таким как «Проекты в активах», реализуемые с использованием частных средств на активах государственных организаций, или «Самостоятельно и софинансируемые инициативы». Также доступен портфель проектов, в которых можно принять участие. В целях прозрачности также можно ознакомиться с проектами, по которым уже заключены контракты.
Источник: (ProInversión, 2017[54])
Источник: Анализ ОЭСР
Источники
[15] AZPROMO (2025), Export and Investment Promotion Agency of the Republic of Azerbaijan - AZPROMO, https://azpromo.az/en/page/haqqimizda/azpromo (accessed on 6 February 2025).
[26] Business Turkmenistan (2025), Туркменистан анонсировал масштабные международные выставки и форумы 2025 года, https://business.com.tm/ru/post/12936/turkmenistan-anonsiroval-masshtabnye-mezhdunarodnye-vystavki-i-forumy-2025-goda (accessed on 22 January 2025).
[25] Business Turkmenistan (2024), На инвестфоруме в Брюсселе представлен транспортный потенциал Туркменистана, https://www.business.com.tm/ru/post/11337/na-investforume-v-bryussele-predstavlen-transportnyi-potencial-turkmenistana (accessed on 21 January 2025).
[22] Chamber of Commerce and Industry of Turkmenistan (2025), О деятельности ТППT, https://cci.gov.tm/about/o-deyatelnosti-tppt (accessed on 1 July 2025).
[11] Chamber of Commerce and Industry of Turkmenistan (2024), Chamber of Commerce and Industry of Turkmenistan, https://cci.gov.tm/about/o-deyatelnosti-tppt.
[48] Charitar, C. and N. Narrainen (2009), Africa-Asia Experience Exchange on Special Economic Zones and Competitive Clusters, The World Bank.
[35] Council for the Development of Cambodia (2025), The Suppliers Database with Sustainability Dimensions (SD2), https://sd2.cdc.gov.kh/ (accessed on 12 May 2025).
[16] EBRD (2024), Transition Report 2024-25: Navigating industrial policy, https://www.ebrd.com/transition-report-2024-25.
[47] Farole, T. and J. Kweka (2011), Institutional Best Practices for Special Economic Zones: An Application to Tanzania, World Bank Group, https://documents1.worldbank.org/curated/en/885991468341087176/pdf/644830BRI0Tanz00Box0361538B0PUBLIC0.pdf.
[49] FIAS (2008), Special Economic Zones: Performance, Lessons Learned, and Implications for Zone Development, Foreign Investment Advisory Service, The World Bank Group.
[40] Foreign Investors Council chaired by the President of the Republic of Kazakhstan (2025), Mission of the FIC, https://fic.kz/en/fic/mission (accessed on 7 July 2025).
[41] Foreign Investors Council under the President of the Republic of Uzbekistan (2025), Foreign Investors Council under the President of the Republic of Uzbekistan, https://fics.uz/ (accessed on 7 July 2025).
[30] GIZ (2020), IPA Toolbox: A practical guide to support Investment Promotion Agencies, Deutsche Gesellschaft für Internationale Zusammenarbeit, https://www.giz.de/en/downloads/giz2020-en-toolbox-investment-promotion-agencies.pdf.
[36] Government of Kazakhstan (2024), On Approval of the Concept of Investment Policy of the Republic of Kazakhstan until 2029, https://adilet.zan.kz/rus/docs/P2400000868#z187.
[29] Government of Turkmenistan (2024), Extended meeting of the Cabinet of Ministers of Turkmenistan, https://turkmenistan.gov.tm/ru/post/91837/rasshirennoe-zasedanie-kabineta-ministrov-turkmenistana-26.
[24] Government of Turkmenistan (2024), Turkmenistan Investment Forum, https://tif-turkmenistan.com/storage/app/media/brochure/tif_brochure_eng.pdf.
[32] Invest in Estonia (2025), Game-changing business opportunities from tech to timber, https://investinestonia.com/business-opportunities/ (accessed on 6 May 2025).
[28] Invest in Turkmenistan (2025), Invest in Turkmenistan, https://invest.gov.tm/ (accessed on 28 February 2025).
[33] Investment and Trade Agency of Mongolia (2025), Investment and Trade Agency of Mongolia, https://investmongolia.gov.mn/ (accessed on 10 February 2025).
[13] Investment Office of the Presidency of the Republic of Türkiye (2024), Türkiye Foreign Direct Investment Strategy, Investment Office of the Presidency of the Republic of Türkiye, https://www.invest.gov.tr/en/Documents/turkiye-fdi-strategy-action-plans-2024.pdf.
[37] Kazakh Invest (2025), Invest in Kazakhstan, https://invest.gov.kz/ (accessed on 11 February 2025).
[1] Kepbanov, Y., S. Horák and B. Ovezmyradov (2022), The investment climate in Turkmenistan: Challenges and possible ways of attracting foreign investment, Lund University, https://lucris.lub.lu.se/ws/portalfiles/portal/116796662/web_RRSL_2022_3_The_investment.pdf.
[27] MEDEF (2025), Réunion du conseil d’entreprises France-TURKMÉNISTAN autour M. Philippe MERLIN, ambassadeur de France au Turkménistan, https://www.medefinternational.fr/actions/ambassadeur-de-france-85/.
[19] Mejlis of Turkmenistan (2019), Law of Turkmenistan on Foreign Investment, https://invest.gov.tm/norm/view?id=14.
[46] Mejlis of Turkmenistan (2019), Law of Turkmenistan on Free Economic Zones, https://mejlis.gov.tm/single-law/116?lang=ru (accessed on 2 May 2025).
[45] Mejlis of Turkmenistan (n.d.), Tax Code of Turkmenistan, https://fineconomic.gov.tm/ru/legal-act/9/88.
[21] Ministry of Finance and Economy of Turkmenistan (2022), Агентство по защите экономики от рисков при министерстве финансов и экономики Туркменистана, https://fineconomic.gov.tm/ru/static-pages/6/15 (accessed on 30 June 2025).
[38] National Digital Investment Platform (2025), National Digital Investment Platform - About Us, https://investkz.gov.kz/#/about-us (accessed on 29 September 2025).
[34] Novik, A. and A. De Crombrugghe (2018), “Towards an International Framework for Investment Facilitation”, OECD Business and Finance Policy Papers, https://www.oecd.org/en/publications/towards-an-international-framework-for-investment-facilitation_b82771dc-en.html (accessed on 24 September 2025).
[17] OECD (2024), “Monitoring and evaluating sustainability in investment promotion: Evolving practices in OECD member countries”, OECD Business and Finance Policy Papers, No. 74, OECD Publishing, Paris, https://doi.org/10.1787/da22c153-en.
[18] OECD (2024), The Role of Incentives in Investment Promotion. Trends and Practices in OECD Member Countries, OECD Publishing, https://www.oecd.org/en/publications/the-role-of-incentives-in-investment-promotion_e3338264-en.html.
[44] OECD (2023), “Best practices in investment promotion: An overview of regional state aid and special economic zones in Europe”, OECD Business and Finance Policy Papers, No. 27, OECD Publishing, Paris, https://doi.org/10.1787/0c8e6ca3-en.
[12] OECD (2020), Investment Promotion in Eurasia: A Mapping of Investment Promotion Agencies, OECD Publishing, Paris, https://doi.org/10.1787/8e76dbc2-en.
[52] OECD (2020), OECD Investment Policy Review - Egypt, OECD Publishing, https://www.oecd.org/content/dam/oecd/en/publications/reports/2020/07/oecd-investment-policy-reviews-egypt-2020_dfdf7de2/9f9c589a-en.pdf (accessed on 2025).
[5] OECD (2019), Monitoring and Evaluation: A Brief Guide for Investment Promotion Agencies, OECD Publishing, https://www.oecd.org/content/dam/oecd/en/publications/reports/2019/12/monitoring-and-evaluation_30a9e9a7/82d55c1a-en.pdf.
[51] OECD (2012), Recommendation of the Council on Principles for Public Governance of Public-Private Partnerships, OECD Publishing, https://legalinstruments.oecd.org/en/instruments/oecd-legal-0392 (accessed on 13 October 2025).
[50] OECD (2011), From Lessons to Principles for the Use of Public-Private Partnerships, OECD Publishing, http://www.oecd.org/gov/budgeting/48144872.pdf.
[42] Office of the Foreign Investment Ombudsman (2025), Organizational Chart, Office of the Foreign Investment Ombudsman, https://ombudsman.kotra.or.kr/ob-en/cntnts/i-2643/web.do (accessed on 12 May 2025).
[54] ProInversión (2017), Reglamento de organización y funciones de la agencia de promoción de la inversión privada – proinversión, ProInversión, https://www.investinperu.pe/RepositorioAPS/0/1/JER/REGLAMENTO_ROF/ROF%20Publicado%20Rectificado.pdf.
[4] Publishing, O. (ed.) (2015), Policy Framework for Investment, 2015 Edition, OECD Publishing, https://www.oecd.org/en/publications/policy-framework-for-investment-2015-edition_9789264208667-en.html (accessed on 2025).
[53] SEZ Authority (2025), About Us, https://www.sezauthority.go.ke/fr/about-us (accessed on 29 April 2025).
[9] State Bank for Foreign Economic Affairs of Turkmenistan (2025), , https://www.tfeb.gov.tm/.
[7] The State News Agency of Turkmenistan (2025), Заседание Кабинета Министров Туркменистана, https://www.tdh.gov.tm/ru/post/43714/zasedanie-kabineta-ministrov-turkmenistana-142 (accessed on 1 July 2025).
[20] The State News Agency of Turkmenistan (2019), Interdepartmental commission for foreign investments, https://www.tdh.gov.tm/en/post/18467/interdepartmental-commission-for-foreign-investments (accessed on 30 June 2025).
[8] Turkmen Portal (2025), Туркменистан представил инвестиционную программу развития на 2025 год с крупными инфраструктурными проектами, https://turkmenportal.com/blog/87205/turkmenistan-predstavil-investicionnuyu-programmu-razvitiya-na-2025-god-s-krupnymi-infrastrukturnymi-proektami (accessed on 1 July 2025).
[6] Turkmenistan Altyn Asyr (2024), Инвестиционная программа Туркменистана на 2024 годы предусматривает реализацию ряда масштабных проектов, https://turkmenistan.gov.tm/ru/post/79447/investicionnaya-programma-turkmenistana-na-2024-gody-predusmatrivaet-realizaciyu-ryada-masshtabnyh-proektov (accessed on 1 July 2025).
[10] U.S. Department of State (2016), 2016 Investment Climate Statements : Turkmenistan, https://2009-2017.state.gov/e/eb/rls/othr/ics/2016/sca/254495.htm (accessed on 16 July 2025).
[3] UNCTAD (2025), Foreign direct investment: Inward and outward flows and stock, annual, https://unctadstat.unctad.org/datacentre/dataviewer/US.FdiFlowsStock (accessed on 24 April 2025).
[43] UNCTAD (2024), Kazakhstan - Approves the Concept of Investment Policy 2024-2029, https://investmentpolicy.unctad.org/investment-policy-monitor/measures/4895/kazakhstan-approves-the-concept-of-investment-policy-2024-2029 (accessed on 12 May 2025).
[31] UNCTAD (2023), The Digital Transformation of Investment Promotion Agencies, UNCTAD, https://unctad.org/system/files/official-document/diaepcbinf2022d9_en.pdf.
[23] Union of Industrialists and Entrepreneurs of Turkmenistan (2025), About CCT activity, https://cci.gov.tm/about/o-deyatelnosti-tppt (accessed on 12 May 2025).
[2] World Bank (2025), Foreign direct investment, net inflows (% of GDP) - Turkmenistan, Uzbekistan, Kazakhstan, Kyrgyz Republic, Tajikistan, https://data.worldbank.org/indicator/BX.KLT.DINV.WD.GD.ZS?locations=TM-UZ-KZ-KG-TJ (accessed on 1 July 2025).
[39] World Bank (2023), Divestment Drivers and FDI Retention, World Bank Group, https://documents1.worldbank.org/curated/en/099090823160521679/pdf/P1755380f72a400b20b136007a5c61ac2b4.pdf.
[14] World Bank (2023), What makes an Investment Promotion Agency Effective? Findings from a Structural Gravity Model, https://documents1.worldbank.org/curated/en/099144501132320106/pdf/IDU0db197ce406d740471308edd040f4f19f6f35.pdf.
← 1. А именно: Закон Туркменистана «Об углеводородных ресурсах», Закон Туркменистана «О валютном регулировании и валютном контроле во внешнеэкономических отношениях», Закон Туркменистана «Об иностранных инвестициях», Закон Туркменистана «Об инвестиционной деятельности в Туркменистане», и Закон Туркменистана «О свободных экономических зонах».