По состоянию на октябрь 2022 года в странах Центральной Азии главным образом принимались меры денежно-кредитной политики, направленные на противодействие инфляции и обесценению национальной валюты, а также меры по обеспечению продовольственной безопасности. В Туркменистане было принято меньше всего мер, хотя можно предположить, что из всех стран региона его происходящее затронуло менее всего. При этом следует отметить, что все страны региона выказали заинтересованность в развитии новых торговых путей, обходящих Россию с запада (по Транскаспийскому транспортному маршруту), востока (через Китай) и юга (через Афганистан, Пакистан и Индию).
Преодоление экономических бурь в странах Центральной Азии: первые последствия войны в Украине
На данный момент наиболее негативным последствием войны для стран Центральной Азии является инфляция. В первом полугодии 2022 года центральные банки ускорили процесс ужесточения денежно-кредитной политики, начатый в 2021 году с целью стабилизации обменных курсов и сдерживания роста цен. Начиная с февраля все национальные банки стран региона, исключая Туркменистан, постепенно повышали ключевые ставки (см. Рисунок 17). В Узбекистане ставка дважды понижалась (в июне и в июле) до уровня, все еще слегка превышающего довоенный. Таджикистан в начале ноября тоже понизил ключевую ставку, опустив ее ниже довоенного уровня. Импортируемая инфляция во многом ответственна за динамику цен, поэтому ужесточение денежно-кредитной политики пока не повлияло на инфляцию, зато ухудшило финансовые условия, что в долгосрочной перспективе может оказать отрицательное влияние, особенно на доступность финансирования для МСП и расходы по погашению задолженностей (EBRD, 2022[45]).
Источник: Национальный банк Кыргызской Республики, Национальный банк Республики Казахстан, Центральный банк Республики Узбекистан, Центральный банк Монголии, Национальный банк Таджикистана, 2022 год.
В первом квартале текущего года, когда в странах Центральной Азии происходили значительные колебания обменных курсов, некоторые центральные банки осуществили вмешательства с целью стабилизации национальной валюты. Так, Национальный банк Республики Казахстан в марте продал почти 1 млрд долларов США, а Национальный банк Кыргызской Республики ввел временный запрет на вывод долларовой наличности из страны для финансовых организаций (Reuters, 2022[104]). И напротив, Национальный банк Таджикистана не вмешивался, чтобы противодействовать значительному обесценению сомони в марте, а Центральный банк Туркменистана оставил установленный обменный курс без изменений.
Превысивший ожидания приток денежных переводов, а также иммигранты из России, обладающие сравнительно высокой покупательной способностью, поддержали уровень потребления в странах региона, особенно в сфере услуг. Рост заработной платы государственных служащих в 2022 году по решению правительства Кыргызстана тоже помог поддержать потребление в стране (Mir 24, 2022[105]). Кроме того, экспорт энергетических и минеральных ресурсов принес больше доходов, чем ожидалось, и это дало национальным правительствам некоторые средства на поддержку бизнеса в отраслях, пострадавших от нарушений цепочек снабжения и роста затрат, и защиту населения от роста цен на продовольствие и электроэнергию. Однако ограниченность возможностей бюджета может сохраниться надолго, на что намекают весенние объявления таджикского и узбекского правительств о приостановке расходования государственных средств на неприоритетную инфраструктуру и оборудование (Asia Plus, 2022[106]; Lex-UZ, 2022[107]).
Как правило, правительствами стран региона принимались меры в сельскохозяйственном секторе для защиты продовольственных и энергетических поставок, обеспечения стабильности цен и увеличения производства сельскохозяйственной продукции. К примеру, правительство Казахстана приняло новый план продовольственной безопасности, направленный на увеличение и диверсификацию сельскохозяйственного производства, наложило временные ограничения на вывоз зерна и муки в соседние страны Центральной Азии и ввело требования к продажам на внутреннем рынке (Kazinform, 2022[108]). Правительство Кыргызстана дополнительно выделило Министерству чрезвычайных ситуаций 85 млн долларов на закупку жизненно важных продовольственных и энергетических товаров (24 KG, 2022[109]). Помимо этого, органы власти Узбекистана, Кыргызстана и Таджикистана объявили о введении или продлении действия ряда временных налоговых льгот, включая освобождение от НДС, снижение транспортных тарифов, таможенные, налоговые и акцизные каникулы, для импортеров продовольствия. Продавцы были предупреждены об ответственности перед законом за необоснованное повышение цен. Государственные органы Туркменистана дали сельхозпроизводителям распоряжение сажать и производить определенные виды продовольствия в бóльших количествах, чтобы увеличить сельскохозяйственный экспорт в Россию (Ozodi, 2022[110]). Также правительства стран региона анонсировали меры по оказанию дополнительной финансовой поддержки малым и средним предприятиям (МСП) и снижению административной нагрузки. В Казахстане, Узбекистане и Кыргызстане было объявлено о расширении дополнительного финансирования в форме субсидий или гарантирования кредитов для МСП, а Таджикистан ввел мораторий на проверки бизнеса до 2023 года и заявил о своем намерении пересмотреть более 420 нормативных актов (Asia Plus, 2022[111]).
Правительства стран Центральной Азии продолжают изучать возможности использования новых торговых маршрутов взамен де-факто закрытого северного пути через Россию. В результате санкций против России Центральную Азию ожидали значительные нарушения в цепочках поставок: вскоре будут опубликованы проведенные ОЭСР исследования делового климата в Казахстане и Узбекистане, согласно которым подавляющее большинство респондентов (97 и 85 % соответственно) сообщили о проблемах с логистикой, возникших вследствие нарушения цепочек снабжения.
Альтернативой мог бы стать международный Транскаспийский транспортный маршрут, но его пропускная способность во много раз меньше, чем у северного пути через Россию. Транскаспийский транспортный маршрут обладает значительным, но пока не реализованным потенциалом, и в любом случае с ним будет связано увеличение сроков перевозки и расходов по сравнению с северным путем (Eurasianet, 2022[112]) (ADB, 2021[113]). Для того чтобы это изменить, потребуются крупные инвестиции в устранение недостатков инфраструктуры, и не только на территории Центральной Азии и Закавказья, но и в Турции и на Балканах. И даже тогда маршрут будет длиннее и увеличит число смен видов транспорта, что подразумевает больше погрузочно-разгрузочных работ, а также число пересекаемых границ, что означает больше пограничных процедур, документов и тарифов.
Также уделяется внимание прокладке южных маршрутов в Индию, Пакистан или даже (по мере ослабления санкций) Иран и Афганистан, а также восточным направлениям на Китай. На саммите Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) 14 сентября было подписано обсуждавшееся уже двадцать лет соглашение по проекту железной дороги «Китай-Кыргызстан-Узбекистан», которая должна стать альтернативой транзитному пути в Европу через Россию: после завершения строительства новая магистраль может стать частью более короткого пути из Китая в Европу через Казахстан, Туркменистан, Иран и Турцию. В тех же целях регион развивает торговые связи с Пакистаном: Узбекистан заключил с южным соседом преференциальное торговое соглашение, Казахстан и Кыргызстан планируют повторить этот шаг (The News, 2022[114]). Несмотря на санкции, наложенные на южного соседа, Узбекистан обдумывает строительство Трансафганской железной дороги, которая связала бы Ташкент с пакистанскими портами Карачи, Гвадар и Касим, пройдя через Мазари-Шариф и Кабул в Афганистане (The Diplomat, 2022[115]).
В силу этого первоочередной задачей для стран-участниц становится быстрая и эффективная оптимизация таможенных и иных пограничных процедур и сокращение расходов, связанных с пересечением государственных границ по маршруту, до минимума. Прокладка новых путей вне зависимости от направления потребует больше внимания к так называемой нематериальной инфраструктуре торговли. Совершенствование таможенных и пограничных процедур, унификация документов и гармонизация регулирования будут не менее важны, чем устранение недостатков и развитие материальной инфраструктуры на новых маршрутах. Этой весной Казахстан, Азербайджан и Грузия предприняли ряд важных шагов для упрощения работы Транскаспийского маршрута, но сделать предстоит еще очень много. Стимулированию внутренней и внешней торговли в странах Центральной Азии должен способствовать согласованный общерегиональный подход к реформам, направленным на упрощение процедур торговли. Национальные правительства могут не ограничиваться упрощением и провести либерализацию торговли как в регионе, так и на протяжении всего маршрута. Общерегиональная экономическая зона с согласованной торговой политикой, едиными методами и стандартами, техническими и юридическими требованиями открыла бы перед странами Центральной Азии новые перспективы и заодно укрепила бы их позиции в отношениях с Европой и Китаем. Но движение в этом направлении потребует как укрепления механизмов межправительственного диалога, так и более развитого и продуктивного диалога между государством и обществом на внутреннем и межгосударственном уровнях.
Источник: ОЭСР (2022 год).