Цифровые навыки являются одной из основ цифровой экономики, наряду с коммуникационной инфраструктурой и рыночным регулированием. В Узбекистане цифровые навыки частного сектора не входят в цели Национальной цифровой стратегии (НЦС). Для цифровой трансформации МСП в Узбекистане будет полезно определить в качестве целей освоение цифровых навыков для частного сектора, уточнение мандатов агентств и вовлечение соответствующих заинтересованных сторон в разработку НЦС.
Развитие цифровых навыков с целью повышения конкурентоспособности частного сектора в Узбекистане
Отрывок
Мандаты и функции агентств и министерств в отношении частного сектора квалифицируются нечетко и порой дублируют друг друга
Широкомасштабное воздействие цифровой трансформации на людей, компании и правительства ставит перед разработчиками политики сложные задачи по разработке и осуществлению соответствующих мер. Как и другие межсекторальные вопросы политики, стратегии цифровой трансформации затрагивают целый ряд областей, что требует скоординированного подхода к формированию политики. Национальные цифровые стратегии (НЦС) появились во многих странах как важнейший инструмент для решения этих проблем и достижения координации и согласованности политики. Среди важнейших глобальных целей — выведение страны в лидеры цифровых технологий, стимулирование цифровых инноваций, повышение производительности и роста, а также повышение благосостояния, в том числе за счет преодоления цифрового неравенства и расширения социальной интеграции. Комплексная НЦС повышает осведомленность и внимание к вопросам цифровой политики в правительстве, способствует привлечению многочисленных заинтересованных сторон, что необходимо для широкой поддержки и способствует координации в разработке стратегии и ее осуществлении.
В Узбекистане ведущим министерством, отвечающим за НЦС, является Министерство цифровых технологий (МЦТ). Это соответствует стратегической координации политики цифровой трансформации на уровне министерства. Однако за разработку, координацию и осуществление стратегии в отношении навыков работы с цифровыми технологиями отвечают несколько разных государственных структур и отраслей. Такая фрагментация внутри правительства и самой отрасли увеличивает затраты на разработку политики и ложится неоправданным бременем на административный потенциал. Заинтересованные стороны частного сектора отметили, что функции и задачи МЦТ и Министерства высшего образования, науки и инноваций им не ясны. Кроме того, в настоящее время в Узбекистане нет специального агентства по МСП, хотя правительство недавно разработало Кодекс предпринимательства и создало рабочую группу для планирования создания стратегии МСП. Агентство по работе махаллабай1 и развитию предпринимательства, номинально являющееся агентством по МСП, сосредоточено на обеспечении подотчетности на уровне региональных и муниципальных органов власти, а не на координации и сотрудничестве с частным сектором по развитию МСП.
Координационная комиссия призвана обеспечить своевременную реализацию проектов, дорожных карт и мер, предусмотренных НЦС, хотя интервью ОЭСР по установлению фактов показывают, что она в основном отслеживает ход осуществления НЦС, но не координирует ее. МЦТ, ведущее министерство по НЦС, реализует не все аспекты стратегии: оно в основном отвечает за институциональную структуру стратегии, но не играет роли в повышении осведомленности компаний и лишь частично предоставляет цифровые инструменты (Вставка 2.1). Она использует свои офисы по всему Узбекистану в качестве рычага для обеспечения базовой цифровой грамотности и осведомленности об электронном правительстве для частных лиц и МСП, которые в этом нуждаются, но не разрабатывает инструменты самостоятельно. Региональные и городские хокимияты2 помогают разрабатывать и осуществлять НЦС на региональном уровне в пилотном формате, когда несколько районов выбираются для начальных этапов перед внедрением по всему региону, но их роль по сравнению с ведущим министерством ограничена. Торгово-промышленная палата, представляющая интересы частного сектора, выступила консультантом при разработке цифровой стратегии, но в осуществлении участия не принимает. Министерство дошкольного и школьного образования и Министерство занятости и сокращения бедности не упоминаются в качестве министерств, осуществляющих или контролирующих деятельность частного сектора. Учебные заведения несут ответственность за реализацию программы через посредство общеобразовательных школ, организации специализированных компьютерных классов, курсов и предоставление дипломов в области ИТ и НТИМ. Однако их высокий уровень фрагментации и дублирование в сфере образования и развития навыков снижают положительные результаты, поскольку за начальное обучение, высшее образование, оценку качества образования и проведение тестирования, присвоение квалификаций и развитие рынка труда отвечают разные учреждения (World Bank, 2018[1]). Неясным остается в первую очередь, почему политику в области образования осуществляют сразу два отдельных министерства.
Источник: Анализ ОЭСР
Ниже приведены диаграммы.
Управление стратегической координации при президенте или премьер-министре разрабатывает проект стратегии с участием ключевых министерств и заинтересованных сторон. Стратегический координационный офис при президенте или премьер-министре разрабатывает проект стратегии и вовлекает в процесс ключевые министерства и заинтересованные стороны. Эти заинтересованные стороны также наблюдают за осуществлением и отчитываются перед управлением стратегической координации.
Ведущее министерство отвечает за разработку стратегии и стратегическую координацию. Такой метод наиболее эффективен, если портфель ведущего министерства посвящен цифровым вопросам. В разработке стратегии участвует целый ряд заинтересованных сторон, как правило, в рамках совета министров под руководством соответствующего министерства, иногда под председательством премьер-министра. Координаторы в имплементирующих министерствах и ведомствах обеспечивают оперативную координацию, наблюдают за осуществлением и отчитываются перед ведущим министерством и/или советом министров. Последнее обеспечивает оценку стратегии. Ведущее министерство, если в его портфель входят цифровые вопросы, обеспечивает наблюдение и оценку
Источник: (OECD, 2019[2]).
Не все соответствующие заинтересованные стороны принимают достаточное участие в НЦС
В НЦС участвуют МЦТ и другие заинтересованные государственные структуры. Министерство высшего образования, науки и инноваций, Национальный совет по науке и технологиям, Фонд поддержки инновационного развития, Фонд развития ИКТ и Министерство инвестиций, промышленности и торговли участвуют в подготовке материалов для НЦС. В осуществлении наблюдения, наряду с МЦТ, участвуют Государственная инспекция Узкомназорат и советник премьер-министра — начальник управления по развитию информационных технологий, телекоммуникаций и инноваций. Агентство по работе махаллабай и развитию предпринимательства и хокимияты вносят свой вклад в разработку региональной НЦС.
Однако заинтересованные стороны частного сектора вовлечены в процесс в ограниченной степени, и это участие ограничивается несистемным диалогом между государственным и частным секторами. В НЦС отсутствует механизм включения поднятых вопросов и предложенных решений, принятых в результате этого диалога. Частные предприятия представлены в основном через Торгово-промышленную палату Узбекистана, хотя ранее проводились круглые столы с участием МЦТ, а также предприятий и предпринимателей. Торгово-промышленная палата часто проводит опросы, но потребности в цифровых навыках и цифровых знаниях частного сектора не оцениваются. Опросы Палаты ограничиваются членами и, вероятно, не полностью учитывают потребности индивидуальных предпринимателей и малых и средних предприятий, не входящих в сеть Палаты. Министерство народного образования, роль которого в развитии цифровых навыков очень важна и которое проводит некоторые консультации с частным сектором для выявления пробелов в системе образования, не участвует в осуществлении НЦС для частного сектора.
Кроме того, цифровой коалиции, возглавляемой одним правительственным министерством, по-видимому, не существует. В поддержке цифрового развития МСП участвуют несколько государственных ведомств, таких как Агентство по работе махаллабай и развитию предпринимательства, а также МЦТ. Ряд образовательных услуг для развития цифровых навыков предоставляют МСП и населению в целом как государственные, так и частные структуры, такие как крупные промышленные предприятия, государственно-частные посредники, например ИТ-парки и образовательные учреждения (Таблица 2.1). Однако не существует единого координирующего органа, который бы способствовал сотрудничеству и обмену передовым опытом участников, вносящих вклад в улучшение доступа трудоспособного населения к приобретению соответствующих навыков. Повышением квалификации занимаются разрозненные ведомства, четкой координации между которыми не предусмотрено, что может привести к дублированию инициатив по повышению квалификации и не является удобным для пользователя.
Включить соответствующие государственные и частные заинтересованные стороны в НЦС и уточнить их функции и полномочия
Правительству необходимо дать дальнейшие пояснения по мандатам и собрать заинтересованные стороны для разработки и осуществления НЦС под руководством МЦТ. Для того чтобы цифровые навыки стали неотъемлемой частью НЦС, необходимо участие большего количества заинтересованных сторон. По всей видимости полезным в разработке и реализации НЦС было участие Министерства дошкольного и школьного образования и Министерства занятости и сокращения бедности. Кроме того, необходимо начать системный государственно-частный диалог с частным сектором и академическими кругами, создав механизм для учета их отзывов в НЦС. Необходимо адаптировать процесс к потребностям каждого сектора с учетом существующих и прогнозируемых дефицитов квалификации. Мандаты соответствующих государственных ведомств необходимо уточнить и расширить для включения в них цифровых навыков. Необходимо включить сюда порядок сотрудничества между организациями по разработке и внедрению НЦС и их обязанности по повышению осведомленности, распространению соответствующих знаний и созданию инструментов для повышения квалификации на рынке труда Узбекистана. Улучшение координации, более четкое распределение задач и более широкое вовлечение государственных и частных заинтересованных сторон, участвующих в НЦС, способствовали бы повышению эффективности НЦС в наиболее экономически важных секторах экономики, таких как сельское хозяйство, энергетика, обрабатывающая промышленность, а также растущие АБП и электронная торговля.
Сотрудничество между частным сектором и заинтересованными сторонами в сфере образования может поддержать цифровую грамотность через систему образования, обучение на протяжении всей жизни, а также измерение и прогноз таких навыков. А для сокращения несоответствия уровня квалификации свой вклад в стратегии и рамки цифровых навыков должны внести администраторы, учителя и профессора. Образовательные учреждения играют важную роль в цифровизации, поскольку правильная учебная программа готовит поколение с необходимыми мягкими и жесткими навыками для личного и профессионального развития. С другой стороны, частный сектор может помочь обеспечить школы и университеты цифровыми устройствами и инструментами. Таким образом, сотрудничество может помочь адаптировать технологии к потребностям населения и скорректировать учебные программы для повышения уровня освоения цифровых технологий (Вставка 2.1). Представители экономически важных и растущих отраслей частного сектора могли бы стать полезными заинтересованными сторонами для внесения вклада в работу правительства. Для гармонизации и признания местных и международных сертификатов квалификации правительства могут работать совместно с поставщиками образовательных и учебных услуг, а также с платформами массовых открытых онлайн-курсов (МООК). Инициативы по обучению узбекскому языку, такие как запуск узбекской версии образовательной платформы Академия Хана или сотрудничество с Coursera, могут быть реализованы совместно с другими международными поставщиками образовательных услуг.
Дания запустила Технологический пакт, чтобы улучшить институциональную базу для поддержки частного сектора в освоении цифровых технологий и восполнить текущие и обеспечить будущие потребности в наборе кадров в области НТИМ. В Пакт входят министерства образования, труда и экономики, 17 представителей правительства, предприятий, образовательных учреждений и исследовательских организаций, а секретариатом руководит Датский фонд предпринимательства. Его цель — обеспечить обучение знаниям в области НТИМ через инициативы и проекты по обучению на протяжении всей жизни, чтобы удовлетворить потребности датских компаний в наборе персонала и способствовать развитию обучения НТИМ среди молодого поколения.
Благодаря комплексному подходу с помощью Технологического пакта удалось оценить потребности и проблемы Дании на предстоящий период. В нем было отмечено, что менее чем через 10 лет Дании будет не хватать более 10 000 работников со знанием НТИМ. В результате были определены количественные цели для выполнения заявленных задач:
1. Предметами НТИМ необходимо заинтересовать больше людей
В деятельности Технологического пакта в 2020 году должны принять участие свыше 1 млн людей (цель достигнута)
Участвовать в Технологическом пакте в 2020 году должны 350 компаний (цель достигнута)
2. Больше людей должны получать образование в области НТИМ
В течение 10 лет, получить образование в области НТИМ должно на 20% больше населения Дании
В течение 10 лет, получить профессиональное образование в области НТИМ должно на 20% больше населения Дании
3. Необходимо повысить квалификацию рабочей силы
Уровень знаний персонала в области НТИМ должен быть одним из самых высоких в Европе
В течение 10 лет не должно возникнуть серьезных проблем с наймом работников НТИМ
Источник: (Teknologipagten, 2022[4]), анализ ОЭСР
Правительству также следует расширить партнерство с международными технологическими предприятиями и ключевыми отечественными игроками для дальнейшей поддержки приобретения цифровых навыков. Крупные компании, такие как Microsoft, Google, Amazon и Alibaba, предлагают платформы для работы более мелких предприятий (ОЭСР, 2021[42]). С такими платформами можно установить партнерские отношения в целях стимулирования их к проведению практических тренингов по цифровизации для МСП, в частности, предоставляя рекомендации о наилучше использовании предлагаемых ими цифровых услуг. От этого выигрывают как МСП, расширяющие свое влияние и возможности сбыта, так и платформы, повышающие использование, доступность и предложение своих услуг (Вставка 2.4). Уже реализуются инициативы, например, платформа Coursera Workforce Recovery Initiative, запущенная в 2020 году в Узбекистане, смогла помочь правительству предоставить безработным бесплатный доступ к 3 800 онлайн-курсам. Цель этого государственно-частного партнерства состояла в том, чтобы помочь безработным приобрести знания и навыки для повторного трудоустройства (Coursera, 2020[5]). Национальные коммерческие банки и ассоциации финансовой индустрии также представляются важными участниками процесса повышения финансовых навыков владельцев и руководителей МСП, поскольку интервью ОЭСР показали, что банковский сектор является одним из наиболее оцифрованных секторов в Узбекистане, что делает этих игроков важнейшими участниками процесса повышения квалификации узбекских граждан и предприятий (OECD, 2018[6]). Правительству необходимо привлечь этих наилучших цифровых игроков как к участию в разработке НЦС, так и к разработке инструментов для удовлетворения цифровых потребностей частного сектора.
Министерство торговли и интеграции Казахстана и международная финансовая компания MasterCard запустили онлайн-платформу, цель которой — помочь МСП перейти на цифровые технологии и расширить свой бизнес посредством обучения навыкам электронной коммерции. Среди партнеров платформы — бесплатное мобильное приложение для индивидуальных предпринимателей и товариществ с ограниченной ответственностью reKassa, а также крупнейший ИТ-технопарк Казахстана Astana Hub. Платформа является бесплатной и предоставляет онлайн-обучение по следующим 7 направлениям:
Создание сайта (брендированный дизайн, подключение домена к сайту, CRM, онлайн-платежи, статистика сайта и т. д.)
Таргетирование (целевая аудитория, создание страницы Facebook и ссылки на страницу Instagram, запуск таргетированной рекламы, UTM-метки и т. д.)
Контекстная реклама (поисковая оптимизация, Wordstat, Google trends, Яндекс метрика, Google My Business, Google AdWords)
Настройка воронки продаж (воронки продаж, рассылка, Telegram-канал как «разогрев» для покупок, Instagram для бизнеса)
Использование рынка (Olx, Market, Satu)
Защита от взлома (важность кибербезопасности, кибергигиена, защита данных)
По окончании обучения компании получают сертификат от JumysBar и MasterCard и имеют возможность принять участие в конкурсе на вступление в акселератор. Десять лучших МСП, отобранных для участия в акселераторе, смогут воспользоваться продвинутой программой передачи опыта. По окончании программы акселератора эти МСП будут приглашены на Демо-день в очном режиме, где у них будет возможность представить свои предприятия инвесторам.
Источник: (Mastercard & Jumysbar, 2022[7])
Координация зарождающейся экосистемы, поддерживающей цифровизацию частного сектора
Правительство может способствовать формированию экосистемы, поддерживающей цифровую трансформацию частного сектора, и гармонизировать существующие инициативы. Соответствующее агентство может координировать все уровни цифрового повышения квалификации, начиная с выявления дефицитов квалификаций на рынке, разработки инициатив по их устранению и заканчивая повышением осведомленности. Координируя всю экосистему, оно может поддержать принцип «единого окна» для навыков работы с цифровыми технологиями, сокращая дублирование онлайн-порталов обучения, учебных центров и учебных материалов. Портал МСП с четкой информацией о различных инициативах позволил бы добиться большей ясности. Дополнительно, усиление координации поможет вооружить руководителей и сотрудников МСП соответствующими навыками, которые позволят им оценить существующие недостатки, сориентироваться в доступных инструментах и технологиях и выбрать лучшие цифровые решения для усовершенствования своих предприятий. Комплекс конкретных мер, направленных на развитие цифровых навыков, также может быть принят с опорой на местные экосистемы и сообщества. Агентства по МСП не являются единственными субъектами, поддерживающими развитие МСП: тем МСП, которые стремятся усовершенствовать свои цифровые навыки, могут помочь как государственные, так и частные структуры. Ключевые партнеры в отрасли (банковские, телекоммуникационные, цифровые транснациональные корпорации, крупные предприятия и другие более развитые в цифровом отношении МСП), посредники (ИТ-парки и их региональные кластеры, центры цифровых инноваций, отраслевые ассоциации, торгово-промышленные палаты), поставщики образовательных услуг (начальное, среднее, высшее и непрерывное обучение) и государственный сектор могут расширить свое сотрудничество, чтобы МСП получили доступ к соответствующим навыкам и способствовали обмену передовым опытом (Таблица 2.1). В Узбекистане Торговая палата представляется особенно подходящей для роли гармонизации инициатив по развитию цифровых навыков, учитывая ее тесное сотрудничество с частным сектором и ИТ-парками, а также информационно-разъяснительные функции при правительстве.
Для того чтобы лучше использовать эти структуры и максимизировать их влияние, руководство Узбекистана могло бы рассмотреть оптимизацию координации существующей сети, чтобы избежать дублирования инициатив и неэффективного использования ресурсов. МЦТ должно иметь возможность выявлять и распространять любые успешные инициативы по предоставлению цифровых навыков от государственного и частного сектора и образовательных учреждений. Торгово-промышленная палата с обновленным мандатом могла бы отслеживать и держать в курсе инициатив, доступных для МСП в экосистеме на одной платформе, а также способствовать совместной деятельности, взаимному обучению и обмену знаниями. Агентство по МСП также могло бы выполнять эту функцию, хотя в своем нынешнем формате оно менее приспособлено для этого. В любом случае, специализированное агентство будет заниматься конкретно МСП, при этом будет имея доступ к информации о том, что происходит в сфере обучения цифровой грамотности. МЦТ, Торгово-промышленная палата или даже агентство по МСП могли бы возглавить такую экосистему, составить карту игроков и инициатив; координировать тренинги; предоставлять экосистемам финансирование для обмена экспертами; развивать сотрудничество между государственным и частным секторами (Вставка 2.5). Эта структура могла бы и дальше развивать механизмы обмена знаниями среди международных технологических компаний, отечественных предприятий частного и государственного сектора и государственных служащих, такие как бизнес-форумы, отраслевые ярмарки, межсекторальные конференции и т. д. для повышения осведомленности о потребностях отрасли и возможностях их удовлетворения.
Агентство по развитию малого и среднего бизнеса Азербайджанской Республики (АРМСБ) является государственным юридическим лицом, находящимся в ведении Министерства экономики. Оно оказывает нефинансовую поддержку МСП преимущественно через сеть центров развития МСП по всей стране, в задачи которых входит обучение и консультационная поддержка МСП.
Целью центров является улучшение методов управления, развитие финансовых, управленческих и цифровых навыков МСП, а также предоставление целевых консультационных услуг в зависимости от потребностей МСП.
МСП могут подключаться к сети организаций частного и государственного сектора, вступать в государственно-частное партнерство или пользоваться возможностями обучения на протяжении всей жизни.
Хотя АРМСБ не предоставляет целевой программы поддержки внедрения цифровых решений МСП из секторов, не связанных с ИКТ, цифровизация включена в существующие программы обучения и консультационной поддержки.
Источник: (Government of Azerbaijan, 2022[8])
Цифровые навыки частного сектора не являются неотъемлемым компонентом НЦС
Для успешной НЦС необходима комплексная составляющая цифровых навыков для МСП (0) (OECD, 2022[9]) которая будет способствовать использованию цифровых технологий предприятиями и позволит всем работникам адаптироваться к цифровой экономике и преуспеть в ней благодаря использованию ИКТ и других технологий. Такие стратегии чаще всего ориентированы на МСП, а также учитывают различные уровни квалификации, чтобы люди, занятые на малоквалифицированных рабочих местах, также могли воспользоваться возможностями, открывающимися благодаря цифровизации (OECD, 2017[10]). Повышение цифровых навыков, в свою очередь, требует вклада государственного и частного секторов для создания институциональной стратегии, повышения осведомленности государственных служащих, сотрудников и руководителей МСП о преимуществах цифровизации, а также разработки и предоставления инструментов для повышения цифровой грамотности.
Источник: анализ ОЭСР
В то время как Узбекистан стремится повысить уровень цифровой грамотности и освоения цифровых технологий среди органов государственного управления и населения в целом, правительство не поставило целей и задач по повышению цифровой грамотности частного сектора. Отсутствует целостная стратегия координации цифрового обучения в государственном и частном секторах, а также среди населения, что приводит к общему разрозненному подходу без целей и конкретных задач по повышению цифровой грамотности в частном секторе. Без неотъемлемой составляющей цифровой грамотности или национальной системы цифровых компетенций, такой как швейцарская DigiComp (DigiComp, 2022[11]), страна не сможет полностью реализовать свой потенциал цифровой трансформации. Для определения достигнутого прогресса Узбекистану необходимо провести базовую оценку частного сектора. Без такой наглядности цифровая грамотность останется на обочине жизни частного и государственного сектора. В то время как руководители и государственные служащие конкретных ведомств и общественных организаций получат пользу от существующей НЦС, работники частного сектора, менеджеры и государственные служащие, не включенные в систему, не будут обладать полной информацией об использовании и преимуществах. Без системы компетенций или составляющей для частного сектора может оказаться сложным договориться об исходных условиях для измерения и соответствующих показателях, а также о том, как лучше адаптировать политику и программы к потребностям частного сектора.
Стратегия цифрового роста до 2025 года — это совместная концепция правительства Дании в сотрудничестве с различными отраслями и секторами, торговыми ассоциациями и социальными партнерами. Цель датской стратегии — внести вклад в процессы цифровой трансформации на национальном уровне и поддержать развитие высококвалифицированного кадрового резерва. Стратегия содержит 6 основных направлений и 38 конкретных инициатив, которые направлены на обеспечение и укрепление позиции Дании как ведущей страны ЕС в области цифровой трансформации и цифровых навыков.
Цели цифровых навыков:
Работа по улучшению цифровых навыков детей, причем с самого раннего возраста, путем тестирования нового предмета — технологии в классах начального и младшего среднего образования.
Преодоление несоответствия навыков и предложение соответствующего обучения и навыков для поддержки индивидуального развития на сегодняшнем и завтрашнем рынке труда. Мероприятия, начатые в этом контексте, направлены на повышение уровня занятости и удовлетворенности, а также на развитие цифровых талантов в области НТИМ (науки, технологии, инженерии и математики).
Улучшение доступа к профессиональным тренингам и программам для МСП и предоставление им возможности использовать коммерческий потенциал новых и развивающихся технологий.
Целевая аудитория — это сотрудники, работающие в сфере образования, специалисты в области ИКТ и другие эксперты в области цифровых технологий.
Предусмотренные мероприятия:
Технологический пакт для развития навыков, обеспечивающих технологическое и цифровое будущее (см. также Вставка 2.3).
Программа тестирования для улучшения понимания технологии в начальном и младшем среднем образовании.
Создание центра по применению ИТ в процессе обучения в системе профессионального образования, что позволит уделять больше внимания цифровым навыкам на выпускных экзаменах в профессиональных технических учреждениях.
Предложение по цифровой стратегии для высшего образования с планом действий по привлечению большего числа выпускников на программы высшего образования в области НТИМ.
Содействие более широкому использованию спутниковых данных в высшем образовании.
Цели развития цифровых навыков не зависят от конкретного сектора
Страны ОЭСР, как правило, проводят политику, связанную с разработкой конкретных цифровых инструментов, ориентированных на конкретные отрасли. Учитывая разнообразие отраслей, в которых работает частный сектор, целевая отраслевая политика позволяет учесть межотраслевые и географические различия в принятии цифровых технологий (OECD, 2021[14]). Повышение производительности множества малых предприятий в важных и растущих секторах, включая традиционные сегменты и неформальную экономику, может помочь правительствам одновременно достичь целей и экономического роста, и социальной интеграции (OECD, 2017[15]). Цифровые навыки требуются для все большего числа рабочих мест, в том числе в отраслях, традиционно связанных с ручным производством, таких как сельское хозяйство и строительство. По мере распространения цифровых приложений и технологий возникает соответствующая потребность в определенном уровне цифровой грамотности (ITU, 2020[16]). В то время как на национальном уровне необходимо присутствие целой группы специалистов, обладающих цифровыми навыками, в разных отраслях могут быть разные потребности в навыках, разные лакуны в кадровой структуре и требуемые меры для удовлетворения будущих потребностей в цифровых навыках (см. главу ниже) (ITU, 2020[16]).
Узбекская НЦС сосредоточена на ограниченном количестве секторов и не охватывает значительной доли экономики. НЦС поделена на сегменты и содержит отдельные дорожные карты цифровизации сельского хозяйства, здравоохранения, государственного управления и образования. Сектора энергетического туризма являются приоритетными в рамках НЦС, но при этом они не включены в раздел стратегии, посвященный навыкам. НЦС предусматривает введение оценки цифровой грамотности для выявления типов и уровней цифровых навыков, необходимых государственным служащим, но неясно, будет ли она доступна для фирм частного сектора с сегментацией по различным секторам, и будет ли она в состоянии определить разрывы в навыках, существующих между отдельными лицами и потребностями рынка труда.
Ограниченная осведомленность о преимуществах цифровизации для частного сектора может быть вызвана отсутствием данных о потребностях частного сектора
Эффективному развитию цифровых навыков в Узбекистане препятствует недостаток данных и измерений. Интервью ОЭСР с государственными чиновниками показывают, что систематическая оценка для сбора данных о потребностях частного сектора в цифровых навыках не проводилась. Торгово-промышленная палата проводит опросы о потребностях МСП, но вопросы о цифровизации не входят в анкету. МЦТ выразил намерение провести опрос предприятий об уровне цифровизации в Ташкенте, Самарканде и Бухаре, но пока это не было выполнено на момент написания отчета. В целом, необходимо оптимизировать сбор данных и управление ими — данные о рынке труда и образовании собираются не систематически, также отсутствует гендерный компонент. Отсутствие диалога между государственным и частным секторами ограничивает представление правительства о пробелах в цифровых навыках на общем рынке труда и в конкретных отраслях. Если в администрации нет точного понимания пробелов, трудно создавать такие инициативы, которые повысили бы осведомленность и охватили бы целевые сектора для достижения желаемых результатов.
Неполное понимание цифровых потребностей МСП затрудняет прогнозирование будущего рынка труда
Развитию цифровых навыков в Узбекистане также мешает отсутствие прогнозирования. Прогнозирование и предвидение потребностей рынка может помочь политикам оценить меняющиеся потребности рынка труда. Исходя из этих выявленных потребностей, правительства могут более эффективно и действенно проводить политику, направленную на повышение уровня цифровой подготовки и обеспечение лучшего соответствия между навыками работников и требованиями компаний. Информация о будущих рабочих местах требует проведения исследований по прогнозированию потребностей в навыках. Без таких исследований правительства рискуют получить неэффективные инвестиции в образовательные инициативы и несоответствие навыков на рынке труда. Astrum IT Academy, например, недавно сообщил о переизбытке разработчиков стека Java на рынке труда, что привело к тому, что несколько учебных заведений закрыли свои курсы Java. Узбекистан не осуществляет регулярного количественного и качественного прогнозирования цифровых навыков на национальном уровне. ОЭСР не выявила разовых или систематических исследований рабочей силы для анализа обеспеченности рабочей силы навыками в сравнении со спросом на рабочую силу. Правительство, похоже, также не внедряет систематически качественные механизмы с привлечением отраслевых или образовательных экспертов для оценки потребностей в рабочей силе. Скорее, были предприняты специальные инициативы для определения потребностей в навыках, в основном среди государственного сектора. Например, Вестминстерский университет в Ташкенте открыл магистерскую программу в области бизнес-аналитики и аналитики после исследования потребностей в навыках, проведенного среди некоторых государственных учреждений. Сбор данных о требуемых квалификациях необходимо оптимизировать, а участие промышленности и образовательных учреждений в определении потребностей в квалификациях и рабочей силе — усилить. Имея точные прогнозы будущих потребностей рынка труда, правительство и другие заинтересованные стороны смогут адаптировать образовательную политику, предвосхищая будущий спрос. Для этого необходим системный подход к измерению и прогнозированию цифровых навыков, который Эстония применяет на постоянной основе (Вставка 2.8).
Эстонская система прогнозирования и мониторинга спроса на рабочую силу и навыки OSKA, анализирует потребности в рабочей силе и навыках, необходимых для экономического развития страны в ближайшие десять лет. OSKA, эстонская система прогнозирования и мониторинга спроса на рабочую силу и навыки, анализирует потребности в рабочей силе и навыках, необходимых для экономического развития страны в ближайшие десять лет. Работа ведется в пятилетних циклах с прогнозируемым горизонтом от пяти до десяти лет. OSKA создает отраслевые экспертные группы, состоящие из работодателей, образовательных учреждений и политиков, которые контролируют и проверяют результаты исследования, собранные OSKA на основе статистических количественных данных, а также на основе качественных личных интервью и групповых обсуждений. Соответствующие отраслевые экспертные группы также следят за выполнением рекомендаций, сделанных на основе выводов исследования.
Количественный анализ основывается на данных соответствующих регистров и исследований, а также на прогнозах о потребности в рабочей силе, подготовленных министерством экономики и коммуникаций. Дополнительная информация о занятости, навыках и квалификациях собрана в ходе интервью с экспертами секторов и групповых дискуссий. В ходе интервью рассматриваются будущие экономические тенденции и вытекающие из них изменения в потребностях в работниках, навыках, образовании и подготовке в каждом секторе, а также вносятся предложения по повышению квалификации. Группы экспертов по секторам также оценивают потребности в рабочей силе в количественном выражении и возможности обучения в разбивке по основным профессиям.
Ежегодно готовится общий отчет OSKA об изменениях в потребности в рабочей силе, развитии рынка труда и тенденциях, влияющих на них в течение следующих 10 лет. За осуществление проекта OSKA отвечает координационный совет, который ежегодно представляет обзор о положении рынка труда и умений и свои предложения правительству через министерство экономики и коммуникаций. Среди анализов сектора в 2021 году, выполненных OSKA, был анализ ИКТ. С кратким обзором основных выводов можно ознакомиться здесь https://oska.kutsekoda.ee/en/field/information-and-communication-technology/.
Источник: (OECD, 2021[17]) (OSKA, 2022[18])
В НЦС следует включить отдельную цель по развитию цифровых навыков частного сектора в целом и по секторам
Необходимо делать больший акцент в НЦС на развитии общих и специальных навыков в области ИКТ, чтобы каждый мог участвовать в цифровой экономике и получать от нее пользу, а также быстро адаптироваться к новым профессиям и потребностям в навыках, к новым системам образования и обучения. Сюда должны входить и дополнительные навыки, связанные с ИКТ, включая базовые навыки, цифровую грамотность, навыки критического мышления более высокого порядка, а также социальные и эмоциональные навыки. Необходимо приложить больше усилий для повышения квалификации тех взрослых и слоев общества, которые имеют слабые навыки грамотности, счета и цифровых технологий, чтобы они могли полноценно участвовать в цифровой экономике и обществе (OECD, 2017[10]). Необходимо включить четкие задачи по улучшению цифровых навыков, включая количественные цели и ключевые показатели эффективности (КПЭ) для частного сектора, такие как количество тренингов, проведенных компаниями в конкретном секторе, или процент сотрудников с базовыми или стандартными цифровыми навыками.
Правительству следует разбить цели по секторам с привлечением представителей промышленности и научных кругов для постановки задач. Уровни цифровой зрелости, а также бизнес-обоснование для внедрения конкретных цифровых технологий будут отличаться в разных секторах; по этим причинам необходимо разработать цели и собрать сегментную информацию о цифровых потребностях по секторам деятельности. Узбекистану следует разработать механизм мониторинга и оценки для анализа и адаптации политики в зависимости от ее результативности. Это также предполагает проведение базовой оценки цифровых навыков в каждом секторе, на основе которой можно будет определить эффективность принятых мер (см. главу ниже). Оценка может помочь в определении приоритетных секторов. Чтобы выяснить типы и уровни цифровых навыков, необходимых различным секторам, и существующие дефициты квалификаций, можно проводить отраслевые круглые столы, фокус-группы или экспертные интервью со стратегическими заинтересованными сторонами, такими как крупные промышленные лидеры, отраслевые советы по профессиональной квалификации, отраслевые органы, заинтересованные стороны, определяющие политику, и руководители университетов и технических школ. Следует включать как традиционно важные сектора, так и новые быстрорастущие сектора, основываясь на доле сектора в ВВП, доле занятости или потенциале роста (ITU, 2020[16]). После определения целей для каждого сектора правительство может реализовать ряд инициатив по повышению квалификации рабочей силы, особенно для частного сектора (OECD, n.d.[19]). Можно было бы также рассмотреть вопрос об ориентации на отдельных лиц с учетом их статуса занятости (программы повышения квалификации могут быть предоставлены безработным, а программы переквалификации предложены для работающих).
Более качественный сбор данных обеспечит более точное определение потребностей частного сектора в будущих разделах НЦС
Точные и актуальные данные об уровне квалификации трудовых ресурсов могли бы сделать очередной раздел НЦС более взвешенным и способствовать эффективному развитию цифровых навыков у более широких слоев населения. Для того чтобы будущие программы цифровизации эффективно поддерживали освоение цифровых технологий на предприятиях, необходимо собирать данные о развитии навыков. Правительству следует рассмотреть возможность проведения оценки навыков трудовых ресурсов и извлечь выводы для принятия обоснованных политических решений о типе необходимой поддержки. Это требует воли со стороны директивных органов и механизма координации с четко определенными обязанностями, привлечения экспертов, обучения заинтересованных сторон и наличия финансовых и человеческих ресурсов для проведения общенациональных опросов (OECD, 2021[17]). Сбор данных и оценка навыков также позволят спрогнозировать потребности в цифровых навыках в будущем. Это позволило бы Узбекистану провести системную оценку уровня квалификации трудовых ресурсов. Прогнозирование могло бы стать основой для обоснованных инвестиций в образовательные инициативы и способствовать решению проблемы несоответствия навыков на рынке труда. Для сбора такой информации может быть полезным сочетание аналоговых и цифровых инструментов, чтобы учесть относительно ограниченное использование цифровых технологий среди определенных типов предприятий. Сбор данных может способствовать выбору приоритетных секторов для включения в НЦС.
Еще одним препятствием на пути проведения комплексной политики является отсутствие данных с разбивкой по полу. Переход к основанному на данных, инновационному цифровому правительству, катализатором для которого стала пандемия COVID-19, открывает возможности для расширения доступности надежных и своевременных данных о гендерном равенстве. Узбекистану необходимо предвидеть создаваемые для гендерного равенства новыми технологиями риски, такие как перенос существующих гендерных предубеждений из аналогового мира в цифровой и возникновение новых цифровых разрывов. Необходимо обеспечить эффективный сбор и использование данных, касающихся гендерной проблематики, и повысить качество оценок воздействия гендерных проблем, инструментов взаимодействия с заинтересованными сторонами, а также механизмов обеспечения подотчетности и прозрачности (OECD, 2022[20]).
Ежегодное обследование трудовых ресурсов во Франции направлено на наблюдение за структурной и циклической ситуацией на рынке труда. С 1982 года в нем структурно оцениваются обычные социально-демографические характеристики (пол, возраст, образование), вид деятельности (работающий, безработный, экономически неактивен), статус занятости работающих (работник/самозанятый, частный сектор/государственный сектор, т.е. государственные и местные органы власти), профессия, отрасль работодателя, получаемая ежемесячная заработная плата, рабочее время (полный или неполный рабочий день, процент неполного рабочего дня, профессиональная мобильность, начальное обучение и непрерывное обучение.
В анкету и концепцию обследования были внесены многочисленные изменения для приведения их в соответствие с рекомендациями Международной организации труда и Евростата и совершенствования методологии выборки и обработки не-ответов, методов сбора и компьютеризации обработки данных. Проведение систематических непрерывных оценок с течением времени, несмотря на периодические изменения в методологии, позволит оценить текущую ситуацию на рынке труда и спрогнозировать будущие изменения и спрос на рабочую силу и навыки, а также их дефициты, с высокой точностью.
Источник: (INSEE, 2022[21]) (Goux and Maurin, 2019[22])
Для стимулирования инвестиций в цифровизацию также необходимо устранить пробелы в нормативно-правовом регулировании. По данным предстоящего исследования ОЭСР, посвященного оценке делового климата в Узбекистане, безопасность данных стала второй темой в ИТ инфраструктуре после скорости и качества интернета, которую респонденты назвали областью, в которой необходимо повысить качество, чтобы помочь компаниям более эффективно переходить на цифровые технологии. Поправка к закону о персональных данных от 2021 года часто упоминалась в ходе интервью, поскольку она усиливает ответственность за нарушение закона и теперь требует резидентности данных, что означает, что владельцы или операторы персональных данных должны обеспечить сбор, обработку и хранение данных граждан Узбекистана только с помощью технических средств, находящихся в Узбекистане (Lex-UZ, 2021[23]). Законодательство Узбекистана в отношении защиты персональных данных и использования современных облачных технологий является более строгим, чем в других странах Центральной Азии, поскольку нарушение закона о персональных данных может привести к уголовному преследованию. Интервью ОЭСР показали, что по крайней мере некоторые многонациональные корпорации предпочли не выходить на узбекский рынок из-за неопределенности в отношении существующих законов, некоторые из которых остаются неполными.
Поэтому правительство может рассмотреть возможность уточнения нового положения закона о защите персональных данных. Последняя версия закона требует, чтобы предприятия хранили данные в Узбекистане или в предложенном списке стран, однако, список предлагаемых стран еще не опубликован, что создает для предприятий неопределенность. Поскольку данные являются важным источником информации для ведения и развития бизнеса, уточнение такого требования создаст для предприятий меньше правовой неопределенности. Кроме того, следует предпринять усилия по развитию конкурентоспособных и безопасных местных хранилищ данных, поскольку Узбекистан только недавно открыл свой первый центр хранения и обработки данных в Ташкентской области. Наконец, несмотря на стимулирование компаний к использованию онлайн-сервисов, все еще существует требование хранить бумажные копии документов на случай возможных проверок. Постепенный переход от бумажных требований позволит сократить дублирование усилий и будет стимулировать отечественные компании к переходу в онлайн-режим.
Список литературы
[5] Coursera (2020), Helping governments respond to the unemployment crisis caused by the coronavirus, https://blog.coursera.org/helping-governments-respond-to-the-unemployment-crisis-caused-by-covid-19/ (accessed on 12 July 2022).
[11] DigiComp (2022), Digital Competence. Made of People., https://www.digicomp.ch/en (accessed on 15 September 2022).
[12] European Commission (2021), Denmark - Digital Growth Strategy 2025, https://digital-skills-jobs.europa.eu/en/actions/national-initiatives/national-strategies/denmark-digital-growth-strategy-2025 (accessed on 7 June 2022).
[22] Goux and E. Maurin (2019), Forty Years of Change in Labour Supply and Demand by Skill Level – Technical Progress, Labour Costs and Social Change, https://www.insee.fr/en/statistiques/fichier/4253146/510_511_512_Goux_Maurin_EN.pdf.
[8] Government of Azerbaijan (2022), SME development centers, https://smb.gov.az/en/nav/sme-development-centers (accessed on 9 June 2022).
[21] INSEE (2022), Labour force survey, https://www.insee.fr/en/metadonnees/source/serie/s1223 (accessed on 15 July 2022).
[13] Invest in Denmark (2018), The Danish Government Presents ’Digital Growth Strategy’, https://investindk.com/insights/the-danish-government-presents-digital-growth-strategy (accessed on 13 July 2022).
[16] ITU (2020), Digital Skills Assessment Guidebook, https://academy.itu.int/sites/default/files/media2/file/D-PHCB-CAP_BLD.04-2020-PDF-E_02%20June%202020.pdf.
[23] Lex-UZ (2021), National base of legal information of the Republic of Uzbekistan (ЎЗБЕКИСТОН РЕСПУБЛИКАСИ ҚОНУНЧИЛИК МАЪЛУМОТЛАРИ МИЛЛИЙ БАЗАСИ), https://lex.uz/pdfs/5701571 (accessed on 8 July 2022).
[7] Mastercard & Jumysbar (2022), First Free School in Kazakhstan (ПЕРВАЯ В КАЗАХСТАНЕ БЕСПЛАТНАЯ ШКОЛА), https://jumysbar.kz/ecommerce (accessed on 13 July 2022).
[9] OECD (2022), Assessing National Digital Strategies and their Governance, OECD Publishing, https://www.oecd-ilibrary.org/docserver/baffceca-en.pdf?expires=1653323888&id=id&accname=ocid84004878&checksum=C11F70EBDFEB0039B6C13B6C385FFA93.
[20] OECD (2022), Report on the implementation of the OECD gender recommendations, OECD Publishing, https://www.oecd.org/mcm/Implementation-OECD-Gender-Recommendations.pdf.
[17] OECD (2021), Beyond COVID-19: Advancing Digital Business Transformation in the Eastern Partner Countries, OECD Publishing, https://www.oecd.org/eurasia/digitalisation.htm.
[14] OECD (2021), The Digital Transformation of SMEs, OECD Studies on SMEs and Entrepreneurship, OECD Publishing, https://doi.org/10.1787/bdb9256a-en.
[2] OECD (2019), Going Digital: Shaping Policies, Improving Lives, OECD Publishing, https://doi.org/10.1787/9789264312012-en.
[6] OECD (2018), G20/OECD Effective Approaches for Implementing the G20/OECD High-Level Principles on SME Financing, OECD Publishing, https://www.oecd.org/g20/Effective-Approaches-for-Implementing-HL-Principles-on-SME-Financing-OECD.pdf.
[15] OECD (2017), Enhancing the contributions of SMEs in a global and digitalised economy, OECD Publishing, https://www.oecd.org/industry/C-MIN-2017-8-EN.pdf.
[10] OECD (2017), Key Issues for Digital Transformation in the G20, OECD Publishing, https://www.oecd.org/g20/key-issues-for-digital-transformation-in-the-g20.pdf.
[19] OECD (n.d.), OECD Digital Economy Papers, OECD Publishing, Paris, https://doi.org/10.1787/20716826.
[18] OSKA (2022), What is OSKA?, https://oska.kutsekoda.ee/en/ (accessed on 16 June 2022).
[4] Teknologipagten (2022), Teknologipagten, https://www.teknologipagten.dk/ (accessed on 13 July 2022).
[3] USAID (2022), Digital Ecosystem Assessment - Uzbekistan, https://www.usaid.gov/sites/default/files/documents/USAID_UzbekistanDECA.pdf.
[1] World Bank (2018), Uzbekistan Education Sector Analysis, https://documents.worldbank.org/en/publication/documents-reports/documentdetail/379211551844192053/uzbekistan-education-sector-analysis.
← 1. Слово «махалла» в широком смысле означает квартал или местную общину. Махалла — это объединение жилых общин, которое когда-то было распространено во всем исламском мире, но сейчас относительно редко встречается за пределами Узбекистана. Продвигая ее как «традиционный институт», узбекское правительство приняло махалла как «фундаментальную ячейку» общества, и ожидается, что она будет играть роль, в частности, в сокращении бедности и решении проблем занятости.
← 2. Слово «хокимият» относится к администрации городского или районного уровня в Узбекистане.